на главную страницу

 Форум, доска объявлений

 

    Мир денег 2000 ноябрь-декабрь

Перестройка и крах советской денежной системы

П.Ф. Рябченко 

Первым шагом перестройки была принятая апрельским (1985 г.) Пленумом ЦК КПСС "установка на ускорение социально-экономического развития". Было ясно, что на старой материально-технической основе добиться ускорения роста социально-экономических показателей невозможно. Значит, необходима глубокая реконструкция народного хозяйства на базе новейших достижений науки и техники.
Реализация такого плана была невозможна без огромных денежных затрат. Только на реконструкцию и техническое перевооружение производства планировалось израсходовать 200 млрд руб. Но, как говорится, благими намерениями вымощена дорога в ад…

Соперничество с США и понижение цен на важнейшие экспортные товары

Внешняя политика Советского Союза, не желавшего терять с большим трудом завоеванные позиции, требовала гигантских средств. СССР должен был отвечать на развернутые в США программы модернизации ядерного оружия и "звездных войн", расходы на которые достигли $120 млрд и составили 13% государственного бюджета.

В СССР военные расходы были равны примерно 100 млрд руб., но их доля в госрасходах достигала 26%. Советский Союз не имел ни кадров, ни техники необходимого уровня, чтобы сразу запустить собственную программу космической противоракетной защиты, и был вынужден сосредоточить свои усилия на поиске "уязвимых мест" в американской системе. Однако и на это не хватало средств.

В 1986 г. снизились цены на преобладавшие в советском экспорте нефть и газ. В результате доходы государства от внешнеэкономической деятельности упали с 71,1 млрд руб. в 1985 г. до 64,4 млрд руб. в 1986 г., т.е. на 9%. При резко возросшем спросе на валюту ее поступления резко уменьшились. Государство было вынуждено расходовать валютные резервы.

Чернобыльская катастрофа и антиалкогольная кампания

26 апреля 1986 г. произошел пожар на четвертом блоке ЧАЭС. Ликвидация последствий этой катастрофы потребовала от государства около 20 млрд руб. Из них 8,5 млрд были потрачены в первые месяцы после аварии.

Значительный ущерб экономике страны нанесла антиалкогольная кампания, в результате которой доход с оборота в 1986 г. по сравнению с 1985 г. уменьшился с 97,7 млрд до 91,5 млрд руб., а доходы от государственного хозяйства - с 340,3 млрд до 337,5 млрд руб. Таким образом, общий урон от антиалкогольной кампании только за 1986 г. составил 9 млрд руб.

Стало очевидным, что средства на техническое перевооружение народного хозяйства могут быть выделены только ценой огромного бюджетного дефицита.

Несбалансированность государственного бюджета, превышение денежной массы над товарной

Одним из основных парадоксов перестройки было то, что, продекларировав недопустимость несбалансированного бюджета, она расшатала его куда значительней, чем десятилетия застоя. Если в 1985 г. дефицит госбюджета был равен 13,99 млрд руб., то в 1990 г. он составил 58,1 млрд руб. Так называемые "заемные" средства государственного ссудного фонда на покрытие превышения расходов над "доходами" возросли с 18 млрд руб. в 1985 г. до 47,9 млрд руб. в 1986 г., в 1997 г. они составили 57,1 млрд, а в 1988 г. - 90,1 млрд руб.

Разумеется, эти "заемные средства", перекладываемые из одного государственного кармана в другой, государство никогда никому не возвращало. Они просто восполнялись усиленной денежной эмиссией. В результате превышение денежной массы над товарной за годы перестройки только усилилось. Погоня за инвестициями привела в расстройство денежное обращение. На реализацию планов перестройки государство успело потратить 240 млрд руб., за три года превысив тем самым средства, отпущенные на пятилетку. Техническое перевооружение народного хозяйства носило характер разовой и всеохватывающей кампании. Предприятия не имели права самостоятельно решать, целесообразна ли для них модернизация в данный момент.

Хронический дефицит

Следующим шагом руководства страны было частичное хозяйственное раскрепощение предприятий. Директивные цифры плана были заменены экономическими нормативами и госзаказом. Предполагалось, что экономические нормативы определят рамки самостоятельности предприятий, а госзаказ позволит получить необходимую продукцию в достаточном объеме. При этом размеры оплаты труда ограничивались существующими тарифами и окладами.

Однако ошибочность этого решения заключалась в том, что авторы реформы не учли всего многообразия методов, используемых хозяйственниками для обхода ограничений на размеры заработной платы. Предприятиям удалось существенно увеличить свои доходы при сокращении выпуска продукции. Это было достигнуто за счет снижения объемов производства и даже прекращения выпуска менее рентабельных и повышения цен на новые товары, из которых большинство не являлось новинкой. При этом сложилась обстановка, способствующая хаотическому разрушению сложившихся экономических связей. Предприятия рвали отношения с "невыгодными" партнерами в пользу более "выгодных", в результате чего оказались без поставщиков сырья и комплектующих материалов. Это привело к еще большему падению объемов выпускаемой продукции.

Страну лихорадило от постоянного дефицита и на промтовары, и на продукты питания, и на медикаменты. Сокращение производства и хронический дефицит важнейших потребительских товаров сопровождались ростом денежных доходов и сбережений населения. За шесть лет перестройки первые возросли на 56%, а вторые - на 72%. Как итог - излишки денежной массы увеличились на 97%.

После принятия закона о кооперации стала стремительно углубляться социальная дифференциация. Средний совокупный доход на душу населения в 1985 г. составлял 121 руб., в 1988 г. - 153 руб., в 1989 г. - 159 руб., а в 1990 г. - 179 руб. в месяц. При этом в 1985 г. доход ниже среднего имели менее 57% в 1988 г. - более 62%, в 1989 г. - примерно 69%, а в 1990 г. - около 70% населения. Таким образом, число тех, кто имел доход ниже среднего, увеличивалось. Но количество людей, получающих более 250 руб., также выросло с 11 млн (4%) в 1985 г. до 42,5 млн (15%) в 1990 г. Таким образом, получается, что в обществе появилась прослойка лиц со средним доходом, численность которых уменьшается.

Процесс расслоения общества происходил на фоне резкого падения покупательной способности рубля.

Разрушение экономического единства СССР

За шесть лет перестройки рубль успел потерять более 30 коп. Обращает на себя внимание также рост различий в покупательной способности рубля между республиками. Наиболее значительно упал курс рубля в Прибалтике, где руководство приняло ряд мер, связанных с повышением цен и ростом зарплаты. Тем самым Прибалтика создала механизм откачки товаров из других республик, переполняя их обесценившимися рублями. Тем не менее валютное единство страны сохранялось вплоть до конца 1990 г., разрушаться оно начало с 1991 г. Главную роль в этом сыграл не естественный ход экономических процессов, а устанавливаемые администрацией искусственные барьеры между республиками. Распад экономических связей был на руку шедшей к власти под демократическими лозунгами новой (и старой) бюрократии. Теперь, по прошествии десяти лет, можно объективно оценить, существовала ли экономическая необходимость искусственного разрыва устоявшихся связей между предприятиями разных регионов и кому она была на руку.

В России процесс приватизации закончен, и с приходом новой власти начался передел. В Украине же все смешалось: приватизация наиболее крупных объектов не закончена, а давно приватизированные переделиваются. Не в этом ли причина энергетического кризиса Украины?

Засилие бюрократии

Один из многочисленных парадоксов перестройки состоит в том, что, начав с борьбы с бюрократией, она закончила невиданным ее ростом. Если в 1989 г. на территории бывшего СССР было 1578 тыс. работников аппарата управления, то в 1990 г. их число увеличилось до 1612 тыс. человек. Рост бюрократического аппарата значительно увеличил расходы госбюджета на его содержание (с 3,1 млрд руб. в 1989 г. до 4,5 млрд руб. в 1990-м), которое, в свою очередь, стало дороже. Например, в 1985 г. на содержание аппарата управления государство расходовало на 50% меньше средств, чем в 1990-м. Рост административных расходов за годы перестройки явился важным фактором обесценения рубля и дальнейшего возрастания дефицита госбюджета.

Бесконтрольность работников торговли

Дефицитность бюджета 1990 г. объяснялась рядом так называемых социально-культурных мероприятий, прежде всего увеличением минимальных размеров пенсии и зарплаты некоторым категориям рабочих и служащих. Разумеется, большинство пенсионеров получало недопустимо низкую пенсию. Однако при тотальном дефиците товаров народного потребления увеличение выплат по пенсиям только переполняло страну избыточными деньгами, мало что давая пенсионерам. Более существенный результат могло бы дать бесплатное товарное снабжение престарелых и малообеспеченных граждан. Но этому мешала бесконтрольность работников торговли, позволявшая им не только скрывать дефицитные товары, но даже не отоваривать карточки. Значительная часть поступавших в торговую сеть товаров перепродавалась кооператорам, которые реализовывали их по предельно высоким ценам. Это способствовало ускорению падения покупательной способности рубля.

100 млрд советских рублей за рубежом и реформа В.С. Павлова

14 января 1991 г. вместо Н.И. Рыжкова, не сумевшего справиться с экономической ситуацией, премьер-министром СССР был назначен В.С. Павлов. В кабинете Рыжкова он занимал должность министра финансов, и его роль была незначительна. С именем Павлова связаны довольно решительные, однако оказавшиеся малоэффективными меры, направленные на спасение рубля.

23 января 1991 г. Павлов изъял из обращения 50- и 100-рублевые купюры. Одна из главных причин этой меры заключалась в следующем. В 1990 г. нажившиеся на взятках и присвоении государственной собственности чиновники и хозяйственники стали обменивать скопившиеся у них миллионы рублей через Внешэкономбанк на венгерские форинты и польские злотые. Дело в том, что операция рубль-форинт-доллар и рубль-злотый-доллар приносила куда больший доход, чем операция рубль-доллар-рубль, ибо курс форинта и злотого по отношению к рублю был искусственно занижен. Внешэкономбанк моментально окружили рэкетиры. Однако советские подпольные и легальные миллионеры предпочитали молча платить за проход в банк установленную таксу в 10 тыс. руб., чем обращаться в коррумпированные органы охраны порядка. В банке они платили еще 2 тыс. руб. кассиршам. Купленные форинты и злотые обменивались на доллары. Каждый доллар по венгерской линии обходился миллионерам в три рубля, а по польскому каналу - в семь рублей. Неизвестно, сколько крупных рублевых купюр оказалось таким образом за границей, Павлов, во всяком случае, называл цифру 100 млрд руб.

Обмен крупных купюр, проводившийся лишь в размере месячного оклада и сопровождавшийся к тому же замораживанием значительной части вкладов, больнее всего ударил по рядовым гражданам. Как всегда, мафия узнала об этой акции заранее и за несколько дней до обмена разменяла крупные купюры на мелкие в банках и сберкассах. Поэтому накануне обмена многие предприятия и учреждения получили деньги для выплаты зарплаты исключительно крупными купюрами.

Правительство было вынуждено дважды пересмотреть сроки обмена крупных денежных купюр. После каждого переноса сроков денежный выигрыш государства от обмена уменьшался. Сразу после обмена он составлял около 10 млрд руб., в марте - 8 млрд руб., а к апрелю уменьшился до 4 млрд руб. Тем не менее обмен денег создавал определенные возможности для стабилизации денежного обращения. Однако этот последний для рубля шанс на выздоровление был сведен к нулю дальнейшими шагами правительства.

Номинальная денежная масса в январе 1991 г. составляла 132,7 млрд руб., затем снизилась в апреле до 125 млрд руб. И к сентябрю опять выросла до 208 млрд руб.

Бесконтрольная работа денежного станка

Хотя в апреле 1991 г. номинальная денежная масса была минимальной, срыв стабилизации денежного обращения пришелся именно на апрель, т.е. на момент проведения реформы цен, призванной, по идее, закрепить результаты январского обмена крупных денежных купюр. В результате примерно в три раза выросли государственные розничные цены, был достигнут предел покупательской способности населения и снизились кооперативные и базарные цены. Одновременно правительство пошло на выплату значительных денежных компенсаций. Вследствие этого печатный станок был вновь запущен и больше уже не останавливался.

Основными причинами существенного увеличения денежной эмиссии в июне-сентябре был начавшийся распад СССР и отказ бывших республик, а ныне суверенных государств, перечислять средства в союзный бюджет. В этих условиях президент М.С. Горбачев пошел на нарушение союзного законодательства, взяв в июле в обход Верховного Совета из Государственного банка 93 млрд руб. на содержание армии и государственного аппарата.

В результате начавшаяся еще до перестройки и сопровождавшая каждый ее шаг инфляция из-за гигантского расширения денежной массы переросла в гиперинфляцию. Если принять средние цены за март 1991 г. за 100, то в апреле общий индекс вырос до 233,2, а в августе до 345,3; из них в государственной торговле соответственно - 244,7 до 401,5; в кооперативной - 126,3 до 211,2; на колхозных рынках - 115,5 до 244.

Реформа цен не изменила дел на потребительском рынке. Рост дефицита обгонял повышение цен. Правительство же рассчитывало на прямо противоположный эффект. Кабинет министров полагал, что с учетом выплат правительственных компенсаций ему удастся снизить жизненный уровень населения на 40%, приблизив его к уровню 1978-1979 гг. В этом случае, по мнению Совета Министров, население, чтобы сохранить привычный уровень жизни, станет снимать со сберкнижек по 2 тыс. руб. в год. Таким образом поглотится прирост сбережений последних лет, а экономика станет вновь безынфляционной, как в 1971-1973 гг. Свою неудачу правительство объясняло всплеском народного негодования, проявившегося ярче всего в Минске и в шахтерских регионах.

Однако в отличие от 1971-1973 гг. в 1991 г. общество уже не было однородной массой, позволявшей строить планы, опираясь на интегрированные понятия сбережений, номинальных и реальных доходов и т.д. Перестройка разделила население на множество экономических коалиций, внутри которых обращалась своя товарная масса, складывались свои принципы ценообразования, появились свои источники доходов и свой тип экономического поведения. Именно это обстоятельство и привело к крушению правительственной программы.

В минимальном потребительском бюджете резко сократились расходы на самые необходимые товары и услуги, включая те, к которым значительная часть населения испытывала наркотическую привязанность.

Абсолютно сократились расходы на табак и алкоголь, транспорт, бытовые товары и услуги, отдых и развлечения, хотя цены на все это значительно возросли. Абсолютно и относительно увеличились расходы на продукты питания, жилье и коммунальные услуги, обучение и детские сады, а также налоги (в последнем случае благодаря росту 5%-го президентского налога). Однако увеличение этих расходов значительно отстало от роста цен, и, следовательно, в физическом исчислении произошло резкое уменьшение размеров минимального потребления.

Естественным результатом реформы цен был рост стоимости жизни. С марта по июнь 1991 г. она возросла в 2,9 раза. Если принять стоимость жизни в г. Киеве в марте за 100, то в апреле она уже составляла 243, а в августе 300,5. В областных центрах Украины эти цифры соответственно составляли 252,5 и 288,9.

Формирование четырех потребительских типов

Анализ динамики стоимости жизни по совокупному доходу показывает, что стоимость жизни больше всего возросла для средних по обеспеченности слоев населения. Низкодоходные группы не могли сохранить свой уровень жизни ценой мобилизации сбережений: они их не имели. Поэтому малообеспеченные слои населения были вынуждены сокращать потребление. Высокодоходные группы, представители которых привыкли переплачивать за товары, реформа практически не задела.

Если разделить население страны на группы по их роли и значению на рынке, то можно отметить формирование в стране четырех потребительских типов. Первый тип ориентируется на потребление самых дешевых товаров государственной торговли. Его потребительский набор состоит из дешевых продуктов питания. До апрельской реформы цен этот тип почти полностью отсутствовал, во всяком случае, к нему относилась очень небольшая часть населения (бомжи, инвалиды, часть пенсионеров). К этому типу в апреле 1991 г. можно отнести уже более половины населения. Этот тип в Украине и сейчас остается преобладающим, особенно в сельской местности и в небольших городах. Так как любое повышение заработной платы или денежных компенсаций для такой массы людей только усиливает гиперифляцию, этот тип рыночная экономика никогда не сможет уничтожить.

Второй потребительский тип ориентируется преимущественно на товары государственной торговли. В составе его потребительского набора находятся, наряду с продуктами питания, дешевая одежда, обувь, хозяйственно-бытовые изделия, продукция полиграфической промышленности. По стоимости этот тип потребителей был представлен пенсионерами и учителями сельских школ. С апреля 1991 г. в него влились широкие слои интеллигенции и рабочих низкой квалификации.

Третий тип приобретает товары по средним ценам и учитывает качество товаров. В его потребительском наборе нет только предметов роскоши. Этот тип преобладал до реформы. После нее численность представителей этого типа быстро уменьшается. В результате в соотношении социальных слоев проявилась опасная тенденция к образованию "осиной талии".

Четвертый тип является потребителем престижных, высококачественных товаров. Даже товары повседневного спроса он предпочитает покупать в магазинах с большим выбором и высоким качеством предложения. Его численность пока растет. Однако социальные и экономические условия ухудшаются. Внутри этого слоя населения тоже начался процесс дифференциации.

Катастрофа курса рубля по отношению к иностранной валюте

До 1991 г. в стране существовал черный валютный рынок. Установившийся на нем курс в 25-30 руб./$ считался спекулятивным. Государство полагало, что переход к легальному обмену рубля на валюту стабилизирует ситуацию, т.к. исчезнет спекулятивный рынок. Получилось наоборот.

1 апреля в Москве начала работать валютная биржа Госбанка СССР. На первых торгах удалось осуществить только две сделки на сумму $50 и $100 тыс. по курсу 26 и 32,25 руб./$ соответственно. На вторых торгах объем операций возрос до $930 тыс., а на третьих - до $1,8 млн, на четвертых - $4,59 млн.

Основной причиной небольшого объема операций были действующие на бирже ограничения. Предприятия, желавшие купить валюту, должны были представить документы о целях покупки. Эти документы рассматривались биржевым комитетом. Существовал и целый ряд ограничений на использование валюты, она могла быть принудительно опять возвращена на биржу.

В соответствии с Законом "О валютном регулировании" Госбанк СССР имел право регулировать биржевой курс рубля путем валютных интервенций. Однако незначительный курс операций на валютной бирже и внутренняя гиперинфляция определили пассивность Госбанка. Курс рубля катастрофически снижался. В декабре он уже превышал 170 руб./$.

Наряду с внутренней инфляцией на понижение курса рубля работали широко распространившиеся бартерные сделки с иностранными фирмами. Были и другие причины. В июне 1991 г. Минфин СССР ввел 35%-й налог с рублевой выручки от продажи валюты на валютных торгах, вынудив тем самым продавцов поднять цены на доллар, чтобы переложить потери на покупателей. В том же месяце Госбанк в принудительном порядке стал снимать с торгов заявки на валюту, предназначенную для покупки электроники, автомобилей и продуктов питания. Это тоже стимулировало подъем цен на валюту, чтобы не допустить влияния "дешевых" покупателей.

Ясно, что Госбанк рассчитывал на противоположный эффект. Он пытался принять меры по поднятию курса рубля. В июне 1991 г., например, Госбанк разрешил банкам - членам биржи скупать валюту непосредственно у предприятий, чтобы увеличить ее приток. Рассматривались также возможности валютной интервенции в целях поднятия курса рубля до 30 руб./$. Для этого Госбанка и Внешэкономбанк готовились выбросить на рынок до $300 млн.

Однако к этому моменту спрос на доллары был настолько высок, что у этой акции не было шансов на успех.

Цены наличных продаж доллара в различных регионах существенно различались, и это было связано с огромным влиянием местных факторов. Наиболее низким был курс рубля в Прибалтике. Это связано как с более значительным внутренним обесценением рубля в Прибалтийских странах, так и со стремлением иметь долларовые запасы в связи с неизбежным в ближайшем будущем отказом от рубля.

В апреле-октябре гиперинфляция вызвала устойчивый рост стоимости кредита. Банки увеличили стоимость кредита за счет увеличения доли ссуд, выдаваемых по минимальным ставкам. В результате более половины кредитов выдавалось под 15-25% (в Украине до конца 2000 г. сохранились процентные ставки, значительно превышающие названные: 28-35%).

Одновременно с увеличением доли дорогого кредита банки сокращали сроки, на которые выдавался кредит. Стало трудно получить кредит на срок более года. По опубликованным в газете "Коммерсантъ" данным, более половины кредитов выдавались на срок до 6 месяцев.

Таким образом, крах рубля автоматически привел к краху кредитной системы. В то же время резко возрос внешний государственный долг. Катастрофически уменьшились золотые запасы (с 4 тыс. т в 1990 г. до 1-1,2 тыс. т в 1991 г.). Страна оказалась на грани банкротства.

Можно подвести некоторые итоги. Перестройка, несмотря на все призывы к построению "нормальной" экономики, оказалась наиболее жестоким экспериментом над людьми. Мы до сих пор имеем разваленную экономику, раздробленную страну, голодный народ… Что же касается рубля, то его спасение очень медленными темпами проводилось уже после выхода Российской Федерации из состава СССР.

В Украине же за последние десять лет снизились темпы падения производства и впервые намечено выполнение государственного бюджета. Не исключено, что 2001 г. станет переломным и с него начнется ощутимый подъем экономики в стране.

©   При использовании этих материалов ссылка на сайт "Бонистика" www.bonistikaweb.ru обязательна

 


; Цены на деньги России