на главную страницу

 
 

    Миниатюра 1995 апрель

«БОНИСТИКА» ВЫПУСК № 2 АПРЕЛЬ 1995

ИЗ ИСТОРИИ ДЕНЕЖНЫХ ЗНАКОВ АМУРСКОЙ ОБЛАСТИ

"Миниатюра" часто рассказывала о местных денежных эмиссиях в Европейской части после распада Российской Империи. В данном выпуске научный сотрудник Амурского областного краеведческого музея Е. И. Пастухова показывает "денежную путаницу и пестроту " на Востоке страны. Редакция надеется, что интересный материал поможет специалистам и коллекционерам детальнее разобраться в том смутном периоде.

 

Со второй половины 1917 года в Амурской области, как и на других окраинах России, ощущался недостаток денежных знаков и, в частности, острый дефицит разменных денег, который вызвал в 1917-1920 гг. ряд местных эмиссий.

Эти эмиссии были вызваны отдаленностью от центра, разрухой на транспорте, гражданской войной, разъединением областей и иностранной военной интервенцией.

Местные эмиссии производились, как правило, без надлежащей подготовки, на самых разнообразных основаниях, без определенного плана, как бы стихийно. Это денежное творчество, направленное по линии наименьшего сопротивления, еще более усиливало ту денежную путаницу и пестроту, которые явились следствием одновременной циркуляции "романовских", "керенских", облигаций "Займа Свободы", а позднее — советских денежных знаков и "сибирок" (обязательства государственного казначейства и казначейские знаки Колчаковского правительства).

С июня по ноябрь 1917 г. Благовещенское Отделение Государственного Банка получало из Петрограда одни лишь тысячерублевые кредитные билеты Временного правительства, так называемые "думки". Город страдал от недостатка мелких разменных кредитных билетов достоинством от 1 до 10 рублей, которые уходили в другие области и за границу. Обратно они не возвращались, так как в основном покупали, ничего не продавая.

Симптомами надвигающегося денежного кризиса явилось сокрытие разменных денежных знаков и спекуляция ими. Так, у турецкого подданного Ламионоса Устабат-Оглы, проживавшего на углу Садовой и 4-й Забурхановской улиц, было изъято 20 фунтов мелкой серебряной монеты (10, 15, 20 коп.), 19 фунтов медной монеты (1 и 2 коп.) и две золотые достоинством 10 рублей (1) — такое большое количество металлической монеты явно предназначалось для спекуляции, тем более что монета уже исчезла из обращения. Даже за размен 20 рублей "керенских" служащие контор удерживали в свою пользу 2 рубля (2). Положение грозило дальнейшими осложнениями. Радикальным решением этого вопроса был бы выпуск от имени города мелких разменных бон. С таким проектом выступил на заседании Городской Думы Городской Голова А. Н. Алексеевский, предложивший три способа выпуска городских бон: "1. Учесть городские векселя в частных банках и таким образом получить деньги для обеспечения выпуска бон. Но при этом город теряет 6,5 процентов от прибыли.

2. Просить местное отделение Государственного Банка дать городу беспроцентную ссуду, хотя это противоречит уставу Банка. 3. Просить местных капиталистов дать деньги на выпуск бон без процентов, но с правом участия в прибылях. И последний— "простецкий", суть которого заключалась в открытии городской разменной кассы" (3).

Большинством голосов гласные Думы высказались за "простецкий" способ, тем самым отказавшись от Выпуска городских бон.

Проблема выпуска была решена положительно на собрании областного Земства. Председатель Земской Управы И. Н. Шишлов представил свой проект: каждый выпуск бон должен гарантироваться соответствующим количеством кредитных билетов крупного достоинства, переданных в банк на хранение. Проект был принят единогласно.

В соответствии с решением Амурской Областной Земской Управы 15 декабря 1917 г. было опубликовано сообщение Благовещенской Городской Управы о принятии постановления выпустить кредитные билеты достоинством 1, 3 и 5 рублей.

Городские боны были выпущены двух достоинств: 1 и 3 руб. (4), (фото 1). На их лицевой стороне, в окружении знамен, колосьев и лавровых ветвей изображен герб Благовещенска. Под гербом на полотнище прописью обозначен номинал. Вверху надпись: "Благовещенский городской разменный билет", внизу дата выпуска: "1917". На оборотной стороне изображен одноглавый орел, держащий в лапах змею и картуш, внутри которого напечатано сообщение об обмене городских билетов на государственные. Подписаны городские билеты кассиром, бухгалтером и Городским Головой А. Н. Алексеевским.

Боны, отпечатанные в декабре 1917 г. тиражом 1 млн. 305 тыс. 800 рублей, поступили в обращение в январе 1918 г., а 1 февраля 1918 г. Благовещенский Совет рабочих и солдатских депутатов объявил себя высшим органом власти в городе. На IV областном съезде крестьянских представителей, состоявшемся 25 февраля 1918 г., был провозглашен переход власти к Советам и упразднены Областная Земская Управа и Городская Дума. Председателем областного Совета крестьянских, рабочих и солдатских депутатов был избран Ф. Н. Мухин.

С сообщением о финансовом положении области на съезде выступил его председатель Ф. Н. Сюткин. Он предложил выдать беднейшему крестьянству единовременные денежные пособия, а нужные средства взять с благовещенских капиталистов в виде контрибуции в размере 4 млн. рублей, ввести всеобщий прогрессивно-подоходный налог, национализировать частные банки, преобразовав их в отделения Государственного Банка. Однако этой программе не суждено было воплотиться в жизнь, так как 6 марта 1918 года атаман Амурского казачьего войска И. М. Гамов во главе "белой гвардии" (отрядов добровольной гражданской милиции) совершил контрреволюционный переворот. Его поддержали председатель Земской Управы Н. Н. Родионов, Городской Голова А. Н. Алексеевский и бывший комиссар Временного правительства эсер Н. Г. Кожевников.

"Дальневосточные известия" 11 марта 1918 г. сообщили, что из Благовещенского Государственного Банка на 8 подводах было вывезено ценностей на 40 млн. рублей. Когда 14 марта Совет с помощью войск восстановил свою власть в городе, организаторы мятежа, прихватив с собой золото, бежали в Маньчжурию, а А. Н. Алексеевский был арестован и заключен в городскую тюрьму.

Жизнь выдвигала множество вопросов, требовавших срочного разрешения. На заседании Исполкома Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов Амурской области 17 марта 1918 г. были избраны комиссары, в том числе: финансов — Н. И. Кузнецов, Государственного Банка — С. П. Курочкин, казначейства — И. Я. Тылик (5).

С целью укрепления финансового положения Советской власти в городе комиссар финансов Н. И. Кузнецов объявил об ограничении выдачи денег из банка до 150 руб. в неделю и потребовал сдать все золото в Благовещенский Банк как народное достояние. Последнее постановление оправдывало конфискацию золота у зажиточной части населения.

1 апреля 1918 г. V объединительный съезд трудящихся Амурской области объявил область Автономной Советской социалистической республикой. Финансовая политика, провозглашенная на съезде, учитывала новую расстановку политических сил и реальную обстановку на денежном рынке. Было решено национализировать все частные банки с тем, чтобы слить их в единый Народный Банк, поставить под контроль банковские операции и лишить контрреволюционеров возможности вновь воспользоваться ценностями банка.

Как всякое новое правительство, СНК республики ознаменовал свое пребывание у власти выпуском "своих" денег.

По наследству областному совету досталась пустая казна. Фактически, кроме клише городских разменных билетов, в банке ценностей не оказалось. Весь тираж городских разменных билетов был растрачен. В апреле-мае 1918 года областной Совет вынужден был использовать готовые клише для выпуска десятирублевого городского разменного билета. Рисунок на нем остался прежним, а подписи новые — Председатель СКР и СД (Совета крестьянских, рабочих и солдатских депутатов) Ф. Мухин, Комиссар Госбанка С. Курочкин, Комиссар Казначейства И. Тылик (7).

Национализация приисков стала причиной усиленного поступления золота в банки города. Однако, отсутствие денежных знаков не позволяло за него расплатиться, и золото через руки спекулянтов утекало за границу. Надежд на скорое получение денежных знаков из центра не было.

Эти обстоятельства обусловили выпуск в июне 1918 г. Амурских областных разменных билетов пяти достоинств от 5 до 100 рублей (8). Размером они были меньше городских. На их лицевой стороне остался рисунок Амурского герба, окруженного ветвями дуба; на оборотной стороне —текст о порядке обмена: "обмен настоящих билетов на государственные кредитные билеты производится рубль на рубль во всех кредитных учреждениях Амурской области" и подписи. Только билет номиналом в 25 рублей (он был выпущен первым) сохранил размер и рисунок городских разменных билетов.

Для обеспечения контроля над выпуском разменных билетов на объединенном заседании Исполкома и Совнаркома 22 июня 1918 г. была создана комиссия в составе И. Я. Тылика, С. П. Шумилова, В. В. Попова, М. Э. Дельвига, Кремнева, Сумарского, Л. М. Белина (9). Исследовав денежный рынок, комиссия выступила с предложением увеличить сумму выпускаемых под обеспечение золота бон 15-рублевого достоинства на 12 млн. рублей и заменить ими "керенки" (10).

Билеты Амурского Исполкома имели широкое хождение и в других областях Дальнего Востока. 22 августа 1918 г. Комиссариат финансов Дальсовнаркома издал специальный приказ № 207, в котором говорилось: "Дальневосточный Совет народных комиссаров доводит до всеобщего сведения, что выпущенные в обращение Советом народных комиссаров Амурской области разменные денежные знаки, так называемые Амурские боны, имеют хождение на всем Дальнем Востоке наравне со всеми общегосударственными кредитными знаками".

Называемые в народе "мухинками", обеспеченные золотом, боны пользовались доверием населения. Их выпуск дал возможность начать восстановление городского хозяйства и выделить на социальные нужды: 70 тыс. руб. — приюту для сирот, 5 тыс. руб. — на содержание дома инвалидов, 10 тыс. руб. — на оказание помощи больным солдатам (11).

Однако этот советский период Амурской истории продолжался недолго, 4 сентября 1918 г. в связи с наступлением на город японских войск и отряда белогвардейцев Совнарком Амурской республики передал власть Военному комитету. И вновь из Благовещенского Банка, теперь уже большевиками, было изъято золото на 5 млн. рублей. Полтора миллиона рублей было положено в Китайский банк в г. Сахаляне для обеспечения подпольной работы в Благовещенске. Другую часть золота (21 пуд) в слитках погрузили на канонерскую лодку "Орочанин" для эвакуации в г. Зею, но караван судов, в том числе и "Орочанин" был потоплен (12). Судьба находившегося на нем золота остается невыясненной и поныне.

18 сентября 1918 г. в Благовещенск вступили японские и белогвардейские войска. "Бюллетень Правительства Амурской области" писал по этому поводу: "Растерянность и паника среди большевиков были столь велики, что администрация тюрьмы выпустила всех заключенных. Оставил стены тюрьмы и А. Н. Алексеевский. В 12 часов ночи Алексеевский прибыл на пароходе "Даур" в г. Сахалян, а оттуда вместе с Амурским отрядом вернулся в Благовещенск. Амурский отряд под началом полковника Никитина в 5 часов утра занял весь город".

21 сентября 1918 г. А. Н. Алексеевский сформировал правительство Амурский области, в состав которого вошли: атаман Амурского казачьего войска И. М. Гамов, полковник Никитин и председатель Областной Земской Управы Н. Н. Родионов. Через год, 19 сентября 1919 г., "Амурское слово" в статье "К годовщине" с нескрываемым злорадством уже потешалось над бывшим кумиром: "На самом деле Алексеевский сделался правителем Амурской области благодаря своей безграничной самоуверенности и бесцеремонности". Газета назвала это правительство "Фердинандским", а его членов — "алебардистами".

Будучи фактическим ставленником японских интервентов, Алексеевский вынужден был официально разрешить обращение в области японских денежных знаков, которые должны были обмениваться на государственные знаки по курсу 5 рублей за одну иену (13). Это решение спровоцировало новый виток спекуляции и резкое понижение курса рубля. Началась усиленная скупка за бесценок природных богатств Амурской области.

Назначенный Министром финансов и Директором Госбанка Кириллов, бывший инспектор мелкого кредита, доказывал высокую ценность "мухинок", обеспеченных запасами хлеба и золотом, увезенным большевиками. "Правитель" разделял мнение своего министра финансов до такой степени, что совсем было распорядился арестовать председателя биржевого комитета Лабо, заместителя председателя Совета золотопромышленников Оленина и председателя Союза Амурских республиканцев доктора Старокотлицкого за "агитацию против признания "мухинок"; за отказ в приемке платежей "мухинками" на владельцев парохода "Люкс" был наложен штраф в 50 тыс. рублей.

Испытывая дефицит в денежных знаках, Амурское правительство продолжало выпускать сторублевые областные разменные билеты, подписанные Ф. Н. Мухиным, и рублевые городские разменные билеты— "алексеевки"; с 25 сентября по 4 октября 1918 г. их было выпущено на 18 млн. 365 тыс. 200 рублей (14). Однако бойкот, объявленный "мухинкам" промышленниками, купцами, транспортниками, вынудил Алексеевского создать комиссию по наблюдению за изготовлением городских и областных билетов, а также сошлифовке с камней рисунков денежных знаков, установленных большевиками. 19 октября было прекращено печатание "мухинок"' в Чуринской типографии. Впрочем, Амурское правительство признало их равноценное хождение наравне с деньгами старого образца — "романовскими" и "керенскими".

Согласно телеграмме Управляющего Госбанком Временного Сибирского правительства С. И. Рошковского от 19 октября 1918 г., было разрешено хождение амурских бон в области, но с условием их обязательного заштемпелевания (15), (фото 2,3,4).

Это распоряжение вызвало очередную волну подделок и спекуляции. К примеру, в городе стали появляться боны с печатями как будто Городского Банка, которые при более внимательном рассмотрении оказались по размеру больше банковской, с безграмотно написанным текстом. Выяснилось, что эти боны штемпелевались в г. Сахаляне; это было выгодно, так как бона со штемпелем стоила 65 коп. за рубль, а без штемпеля — 45 коп. за рубль. Спекуляция набирала темпы, курс "мухинок" в г. Сахаляне поднялся — за 1000 общегосударственных рублей давали 1425-1450 рублей заштемпелёванными "мухинками" (16).

Фальшивые штемпели были обнаружены и в г. Зея, где в качестве штемпеля использовали церковную печать.

Логическим следствием денежного хаоса явилась также фабрикация самих бон. В частности, на заимке Забродиных у деревни Толстовки были изъяты: камень с оригиналом "мухинок" сторублевого достоинства, печать Благовещенского Государственного Банка, штемпель и 12 штук готовых бон, краска, бумага. В изготовлении "мухинок" участвовал бывший служащий Чуринской типографии Иван Пустовойт (17).

Деятельность А. Н. Алексеевского закончилась 11 ноября 1918 г., когда Временное Амурское правительство сложило свои полномочия и передало административное управление областью Земской Управе, председателем которой был избран Н. Н. Родионов; заведование отделом финансов было возложено на А. И. Рыслева.

Причиной "свержения" Алексеевского явилось образование Временного Сибирского правительства в г. Омске, которое Земская Управа Амурской области признала "общерусской Государственной властью" и подчинилась ему "в интересах скорейшего возрождения единой и неделимой России".

18 ноября 1918 г. А. В. Колчак провозгласил себя Верховным Правителем и Верховным Главнокомандующим всеми сухопутными и морскими силами. Министром финансов был назначен И. А. Михайлов, Управляющим Казначейством — А. А. Блинов, Управляющим Госбанком — С. И. Рошковский.

Стало уже закономерностью, что новое правительство, придя к власти, старается ознаменовать свое правление выпуском "своих" денег, преследуя экономические и политические цели. В начале июня 1919 года Министерство финансов Колчаковского правительства приняло решение о выпуске денежных знаков нового образца. Этим деньгам предполагалось присвоить амбициозное название — "Кредитные билеты "Возрожденная Россия", а разработку рисунков поручить художнику-скульптору Д. Шадру.

Еще до правления А. В. Колчака Директория выпустила казначейские знаки достоинством 1,5 и 10 рублей. Верховный правитель добавил к ним знаки достоинством 3 и 300 рублей, выпуск которых начался в августе 1919 г. в Иркутской экспедиции по заготовлению казначейских знаков по образцу, присланному из Омска.

Денежный рынок Амурской области в ноябре 1919 г. характеризовался обилием денежных знаков, выпущенных советской властью, на сумму 100 млн. рублей, ограниченным количеством общегосударственных знаков ("романовских" и "керенских"), которых в кассах осталось 20216 рублей, а также неспособностью денежных знаков Сибирского правительства оздоровить денежное обращение в области.

Такой дисбаланс на денежном рынке области не "мог не отразиться на промышленности, транспорте, торговле, которые пребывали в крайнем упадке. Общий финансовый кризис усиливало также неудержимое перетекание общегосударственных знаков за границу, так как русские и китайские торговцы покупали товары на китайской стороне за "романовские" и "керенские", а таможенные сборы оплачивали местными бонами. Такая практика вела к обесценению местных денежных знаков и дороговизне жизни. Одной из причин этого была эвакуация большевиками Госбанка с Амурским денежным фондом в Харбин в феврале 1918 г. Обратно он возвращен не был.

Эти обстоятельства вынуждали Амурскую Земскую Управу вновь и вновь ходатайствовать перед Министерством финансов генералом Хорватом о скорейшем возвращении из Харбина Благовещенского Банка и высылке подкрепления общегосударственными знаками.

Не получая ответа, председатель Городской Управы Н. И. Шишлов предпринял поездку в Омск с целью решить вопрос о замене "мухинских" денег общегосударственными знаками. Он посетил председателя Совета Министров, министра торговли, промышленности, земледелия и имел с ними беседы о финансово-экономическом положении области в связи с отсутствием общегосударственных денежных знаков и наличием в обращении чрезмерно большого количества "мухинок". В результате Министр финансов пообещал в январе, по получении кредитных знаков из Америки, произвести замену "мухинских" денег (18). Дальнейшие события показали, что данное обещание носило чисто декларативный характер.

В условиях, когда необходимо было предпринять конкретные действия, Городская Управа занималась демагогическими рассуждениями, строя нереальные планы стабилизации финансово-экономического положения области. Так, посылая делегата от Управы на финансовое совещание во Владивосток, Н. Н. Шишлов предложил следующую программу:

"1. Должен быть взят курс твердой национальной финансово-экономической политики.

2.Оздоровление денежного рынка. Все денежные знаки, выпущенные большевиками, должны быть заменены общегосударственными знаками.

3.Необходимо отказаться от бесконечного пользования печатным станком и выпуска денежных знаков. Бумажных денег у населения имеется неизмеримо более того, что требуется для обмена.

4.Без системы вывоз за границу денежных знаков, а также бессистемный ввоз Товаров ведут к понижению курса рубля" (19). К сожалению, эта идеальная программа осталась только на бумаге. Жизнь диктовала свои условия.

Курс "сибирского" рубля понижался все более и более, в г. Сахаляне за 70 рублей "романовскими" предлагали 100 "сибирскими", за 1000 "керенскими" давали 3500 "сибирскими", за одну иену — от 11 до 14 руб. "романовскими". Весьма высоко ценилось серебро. Китайские купцы давали по 250 рублей за серебряный рубль, а за мелкое серебро — 80 руб. "Прежняя кипучая жизнь Сахаляна замерла" (20).

"Мухинки", выпущенные советской властью, к этому времени исчерпали свои возможности, превратившись в балласт для экономики области.   (S Поэтому закономерно, что Совет Министров Временного Всероссийского правительства постановил прекратить с 1 августа 1919 г. прием выпущенных и впоследствии заштемпелеванных Госбанком советских бон в Чите, Хабаровске и Амурской области.

Для крестьян отдаленных деревень области такая финансовая операция была равносильна разорению. К примеру, крестьяне Валуевской волости отказались платить налоги, так как голодали и чрезвычайно бедствовали. "Керенки" многие не успели сдать и понесли от этого большой ущерб, кроме  этого, среди них оказалось много фальшивых. Месячный срок, объявленный правительством для сдачи "мухинок", также плачевно отразился на экономическом положении крестьян, многие из которых за отдаленностью не успели вовремя сдать свои сбережения. Даже те, кто успел, разорились — многие "мухинки" оказались с поддельными штемпелями (21).

Общую атмосферу на денежном рынке определял курс валюты, который менялся очень резко при малейшем колебании на политическом горизонте в ту или другую сторону. Еще в конце сентября иена доходила до 100 рублей и доллар — до 70 рублей. 1 октября на рынке началось усиленное предложение японской и американской валюты, покупатели стали воздерживаться от купли. В течение одного дня иена понизилась на 30 рублей, а к вечеру 2 октября она предлагалась по 42 рубля на "сибирские". После сообщения о признании американцами правительства адмирала Колчака иена стала подниматься и 6 октября котировалась по 75 рублей. Малейшая интервенция, финансовая или экономическая, значительно понижала курс валюты. Ввиду общего вздорожания серебра спрос на мексиканские доллары сильно возрос и одновременно ослаб курс американского доллара. Большое предложение французских франков привело к курсу 1 млн. франков по 7 руб. 50 коп. "сибирскими" знаками (22).

Город готовился к неминуемому наступлению тяжелых дней. Цены на предметы первой необходимости благодаря неудержимому падению курса рубля росли с неимоверной быстротой. "Вероятно скоро служащий люд в большие праздники будет ходить в городской музей и лицезреть там гусей, куриц, уток, яйца и прочее, что ранее не представлялось редкостью на праздничном столе самых скромных служащих и рабочих",- писала газета "Амурское эхо" осенью 1919 года.

Городское самоуправление пыталось предпринять какие-то меры: ходатайствовало перед банками об открытии кредитов, просило правительство выдать городу ссуды. Но на город неудержимо надвигался денежный кризис. В этих условиях Городская Дума вновь была вынуждена поставить на своем заседании вопрос о выпуске городских бон на сумму 50 млн. рублей. Казалось, что в Думе вопрос о выпуске бон не должен был встретить каких-либо препятствий, однако здесь столкнулись политические амбиции правой и левой фракций Думы. Фракция социал-демократов настаивала на выпуске городских бон, ставя условие, что вся сумма выпускаемых бон должна находиться в распоряжении Городского самоуправления. Правая фракция затягивала решение вопроса, выставив требование передать всю сумму в местное отделение Городского Банка для его операций. В свою очередь, Управляющий Благовещенским отделением Госбанка Куксин-ский заявил, что со стороны Банка нет препятствий к выпуску городом бон, но на сумму 10 млн. руб., так как открытый кредит под залог хлеба не может быть использован городом ввиду отсутствия в банке денежных знаков.

Н. И. Шишлов, выступая на очередном заседании Городской Думы 17 декабря 1919 г. говорил: "Правые против выпуска бон потому, что это усилит позиции левых, но пусть тогда правые знают, что через несколько дней они сами придут с просьбой о выпуске бон, ибо знаков нет. Время упускается. Ответственность за последствия ляжет на правых. Господа, спешите разрешением вопроса, завтра может быть поздно!".

Только 23 декабря Городская Управа опубликовала окончательную редакцию "Положения о городских бонах*. Большинством голосов (29 против 2) было решено выпустить городские боны на сумму 10 млн. руб. под обеспечение городским имуществом. Общее наблюдение и руководство выпуском бон было возложено на члена Управы И. Н. Полякова (23).

Тем не менее, в Городской Думе продолжались споры: Оленин (правая фракция) обвинял Городского Голову в том, что он занялся натравливанием темных масс на правую часть Думы, ему неугодную. Губанов требовал объяснить, как можно выпустить бон на сумму 40 млн. рублей, когда не выпущены на 10 млн., "а за натравливание на правую часть Думы придется мне стулом ему по голове дать". Шишлов (Городской Голова) вынужден был опять уговаривать: 'Ныне, когда дошли до тупика, т. Губанов обещает мне голову сломать стулом. Продолжайте упорствовать. Результаты вашего упорствования не за горами!" (24).

Городская Дума постоянно опаздывала в своих решениях, ибо ситуация на денежном рынке менялась стремительно. Инфляция тут же "съела" те 10 млн. рублей, на которые неповоротливая Дума все же решилась выпустить боны, так и не решив принципиально проблему денежного дефицита.

Сумма выпускаемых городских бон постоянно увеличивалась, пытаясь догнать инфляцию, но тем самым провоцируя новый ее виток. В феврале 1920 г. Благовещенская Управа выдала обязательство Банку в том, что выпускаемые городские боны (уже на сумму 25 млн. руб.) обеспечиваются всем имуществом, принадлежащим городу, при условии беспрепятственного приема этих бон по всем платежам Госбанка наравне с общегосударственными денежными знаками. Очевидно, что данное обязательство носило чисто декларативный характер, так как выпуск городских бон уже никто не контролировал. Только за январь 1919 г. их было отпечатано на сумму 63 млн. рублей. Но и эта сумма не могла насытить денежный рынок. Промышленность,- торговля, транспорт — вся эта, когда-то стройная, система ныне работала со сбоями, причиной которых вновь было отсутствие денежных знаков.

В этой критической обстановке собралась комиссия для обсуждения вопроса о выпуске бон. В ней участвовали: Управляющий областью Прище-пенко, его помощник А. С. Измаильский, Управляющий Благовещенским банком П. Л. Куксинский, товарищ прокурора П. Н. Писарев. На заседании комиссии было решено продолжить дальнейший выпуск городских бон на сумму 500 млн. рублей (25).

При правительстве Колчака были выпушены денежные знаки номиналами 100, 500 и 1000 рублей (26) (фото 5,6,7). На их лицевой стороне изображен герб этого правительства — двуглавый орел, держащий в лапах меч и державу, но на груди орла помещен герб г. Благовещенска; над головами орла — Георгиевский крест. На оборотной стороне помещена надпись: "Выпущен с разрешения Всероссийского правительства". Разрешение на выпуск этих бон поступило от Государственного Банка 4 декабря 1919 г., в обращение они поступили в январе 1920 г., а уже 4 января А. В. Колчак 14.

сложил с себя полномочия верховного правителя, а 7 февраля был расстрелян по приговору Иркутского ревкома.

Областная Земская Управа вынуждена была передать всю полноту власти Временному Исполкому Советов рабочих и крестьянских депутатов. Изменение политической системы неизбежно должно было отразиться на состоянии экономики и финансов. В связи с этим вызывает по меньшей мере недоумение заявление, сделанное Комиссаром Благовещенского Банка С. Курочкиным: "Падение курса русского рубля создано искусственно, благодаря игре определенных групп. Амурская (Область обладает ценностями более, чем 100 фунтов золота—для того, чтобы обеспечить выкуп своих денежных знаков." (27). Спрашивается, откуда у большевиков такое количество золота? По всей видимости это результат продолжения "национализации" приисков партизанами.

Амурский исполком вынужден был продолжить выпуск денежных знаков Благовещенского отделения Государственного банка. К ранее выпущенным номиналам добавились 3000 и 5000 рублей (28) (фото 8,9,10). Всего в апреле 1920 года было отпечатано бон на сумму 800 млн. рублей.

Состоявшийся в апреле 1920 г. VIII съезд трудящихся Амурской области определил финансово-экономическую политику на конкретном историческом этапе. Было решено воздержаться от самостоятельных мероприятий в финансовой сфере, впредь до воссоединения с Россией или получения от центральной власти руководящих указаний. Финансовая секция не сочла целесообразным производить девальвацию денежных знаков. По вопросу о дальнейшем выпуске денежных знаков, секция, принимая во внимание возможность расходов в связи с обстоятельствами военного времени, а также недостаток бумаги, постановила: использовать остаток бумаги таким образом, чтобы предложенные к выпуску кредитные билеты трехсотрублевого достоинства были заменены тысячерублевыми, что позволяло получить вместо трехсот миллионов один миллиард рублей.

Для контроля над деятельностью Сибирского и Русско-Азиатского банков и подготовки их к национализации была создана специальная комиссия, Благовещенское отделение Государственного Банка решено было оставить на прежних основаниях.

Определяя общую финансовую политику, съезд провозгласил лозунг: "экономия, экономия и экономия".

Исходя из решений съезда, исполком Амурской области в апреле 1920 г. объявил, что "сибирские" денежные знаки всех достоинств, за исключением тысячерублевого, должны, сроком до 1 июня 1920 г., приниматься и обмениваться всеми гражданами наравне с другими денежными знаками как признанные советской властью в Амурской области (29).

Благовещенские денежные знаки — самые крупные по номиналу из всех выпущенных на Дальнем Востоке. Сумма этой денежной эмиссии, согласно отчету Дальневосточного Банка за 1923 г. достигла почти астрономической цифры — 9718083000 рублей.

Денежное обращение в Амурской области было подорвано сначала "керенками", затем "сибирками", большим количеством собственных денег, поэтому стало актуальным проведение денежной реформы путем девальвации прежних денег. Эта финансовая операция была проведена осенью 1920 г., когда на IX чрезвычайном съезде трудящихся области было принято решение о вхождении в состав Дальневосточной Республики.

Денежные знаки Благовещенского Банка вместе с "сибирками", чеками Благовещенского Банка были обменены на "буферки" — кредитные билеты ДВР из расчета 1 рубль за тысячу рублей "сибирских" и "куксинок". Так закончилась история выпуска денежных знаков в Амурской области в период 1917-1920 гг.

Е. И. ПАСТУХОВА,

научный сотрудник

Амурского областного

краеведческого музея

 

Примечания

 

1. "Амурское Эхо". 20 июля 1917 г.         15.

2. Там же. 11 января 1917 г.           16.

3. Там же. 1 декабря 1917 г.           17

4. Чучин. №№ 10242, 10243.           1в'

5. Протоколы заседания Исполкома Советов Амурской области от 17 декабря 1918 г.        19,

6. "Голос Труда". 28 марта 1918 г. 20

7. Чучин. 10087.                              21

8. Чучин. №Ns 10086, 10088, 10089, 10090.

9. Октябрь на Амуре: Сб. документов. — Благовещенск,1961. С 74. 

10. Постановление о выпуске бон 15 руб. достоинства  от 29 июня 1918 г.

11."Земля и сотрудничество". 16 августа 1918 г.

12.Малышев. Борьба за власть советов на Амуре. —Благовещенск, 1961 г.

13.Бюллетень Правительства Амурской области. 21 сентября 1918 г.

14.Денежное обращение на Дальнем Востоке. — Чита, 1924. С. 5.

15. Чучин. № 10091-10095.

16. "Наши дни". 15 февраля 1919 г.

17. "Голос тайги". 5 февраля 1919 г.

18. Протоколы Амурской области Земской Управы от 3 февраля 1919 г.

19. Там же. 16 февраля 1919 г.

20. "Амурское Слово". 13 августа 1919 г.

21. Там же. 13 августа 1919 г.

22. "Амурская Жизнь". 30 октября 1919 г.

23. Там же. 3 февраля 1920 г.

24. Протоколы заседания Городской Думы от 21 января 1920 г.

25. "Амурская Жизнь". 5 февраля 1920 г.

26. Чучин. NsNa 10251-10253.

27. "Амурская Жизнь". 25 февраля 1920 г.

28. Чучин. №№ 10254, 10255, 10257.

29. Протоколы VIII съезда трудящихся Амурской области. Доклад финансовой секции.

 

ПРИЛОЖЕНИЕ

 

АЛЕКСЕЕВСКИЙ Александр Николаевич (род. в 1877 г.) — правый эсер. В 1903 году окончил Петербургскую духовную академию, был связан с Гапоном. Преподаватель духовной семинарии в Благовещенске. В 1905 г. — член "Союза прогрессивных групп". В 1906 г. эмигрировал. В 1917 г. вернулся в Благовещенск, избран городским головой, членом Учредительного собрания. Осенью 1918 г. возглавил белогвардейское правительство. В 1919 г. — председатель областной земской Управы. Позднее — белоэмигрант.

МУХИН Федор Никанорович (1878-1919 гг.) — член РСДРП с 1904 г., участник революционного движения 1905-1906 гг. в Забайкалье, с 1906 г. работал в социал-демократической организации Амурской области, в 1915 г. арестован, осужден на год тюрьмы. В 1917 г. член Благовещенского Совета рабочих и солдатских депутатов, заместитель председателя военной организации, с января 1918 г. — председатель исполкома Благовещенского Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, председатель Амурского совнаркома. В 1918-1919 гг. организатор и руководитель подпольной большевистской организации. 8 марта 1919 г. арестован в Благовещенске белогвардейцами. 9 марта убит.

СЮТКИН Федор Николаевич (1883-1918 гг.) — активнейший участник борьбы за власть Советов на Амуре. Большевик с 1915 г., в 1917 г.- член правления союза кооперативов, заместитель председателя областного Совета рабочих и солдатских депутатов, член облисполкома, комиссар продовольствия. В мае 1918 г. от Амурской области избран во ВЦИК. Казнен белогвардейцами в Благовещенске 8 декабря 1918 г.

ГАМОВ Иван Михайлович — казак ст. Верхнеблаговещенской Амурского казачьего войска, эсер, депутат IV Государственной Думы. В апреле 1917 г. избран атаманом Амурского казачьего войска. Организатор контрреволюционного мятежа против власти Советов. В дальнейшем — белоэмигрант.

РОДИОНОВ Николай Николаевич — юрист, в 1917 г. член областного земского собрания, в 1918 г., после II областного земского собрания — председатель областной земской управы. В дальнейшем — белоэмигрант.

КОЖЕВНИКОВ Николай Григорьевич (род. в 1884 г.) — казак Иннокентьевской станицы. Окончил юридический факультет Киевского университета. С 1914 г. — в партии эсеров, до революции — присяжный поверенный в Благовещенске. В 1917 г. лидер амурских эсеров, в сентябре-октябре 1917 г. комиссар Временного правительства в Амурской области. Один из руководителей контрреволюционного мятежа в Благовещенске.

КУЗНЕЦОВ Николай Иванович — рабочий, большевик с 1917 г., в 1918 г. секретарь исполкома, первый комиссар финансов Амурской области. Погиб в благовещенской тюрьме 29 марта 1919 г.

КУРОЧКИН Сергей Поликарпович (род. в 1885 г.) —учитель. В РСДРП с 1905 г., за активное участие в революции 1905-1907 гг. осужден на тюремное заключение, с 1912 г. в ссылке. 3 Благовещенске с 1917 г., член областного КОБа, в октябре 1917 г. вошел в инициативную группу большевиков Благовещенска, в 1918 г. комиссар банка.

ТЫЛИК Иван Яковлевич — благовещенский рабочий-грузчик, в 1917 г. — председатель союза грузчиков. В 1918 г. — член Амурского облисполкома, комиссар финансов (комиссар казначейства). Убит интервентами в октябре 1918 г.

ШУМИЛОВ Сергей Полуэктович (1883-1919 гг.) —землемер переселенческого управления Амурской области, левый эсер. В 1918 г. член облисполкома, председатель земельного комитета, комиссар земледелия. 26 марта 1919 г. казнен японскими интервентами.

ПОПОВ Владимир Васильевич — член РСДРП с 1904 г., политссыльный. В 1917 г. возглавил свободненскую организацию большевиков, в 1918 г. —председатель исполкома Свободненского Совета. Делегат V краевого съезда Советов Дальнего Востока. Член комиссии по выпуску бон. Погиб в олекминской тайге в октябре 1918 г. от рук белогвардейцев.

ДЕЛЬВИГ Михаил Эрнестович (1883-1921 гг.) — большевик с 1914 г. В 1917 г, — член Дальсовнаркома. В 1918 г.— член амурского облисполкома, председатель Амурского совнархоза. Активный участник борьбы за власть Советов на Дальнем Востоке, в дальнейшем — в Дальбюро ЦК РКП(б). Член комиссии по выпуску бон.

БЕЛИН Леонид Михайлович — инженер. В 1918 г. — член Амурского облисполкома, комиссар гражданских имуществ и сооружений. Член комиссии по выпуску бон. Убит японцами 28 марта 1919 г. в Благовещенске.

ПОПОВ Павел Васильевич (1878-1954 гг.) — амурский казак. Окончил Иркутскую учительскую семинарию, работал учителем в казачьих школах. В 1905 г. был одним из руководителей I съезда Амурского казачьего войска, осужден за это на 6 лет каторги. В 1917 г. участвовал в работе II съезда Амурского казачьего войска, избирался делегатом на Всероссийский казачий съезд член областного земства. В дальнейшем — на преподавательской работе. В "Бюро самоуправления" был спец. уполномоченным по городскому и частным банкам.

СТАРОКОТЛИЦКИЙ Николай Иванович (1875-1939 гг.) — первый врач-психиатр в Амурской области. Уроженец Нижегородской губернии. Окончил духовную семинарию. Обучался в Томском университете. Окончил университет в Германии. В 1917-1920 гг. -7 активный деятель "Амурского союза республиканцев".

РЫСЛЕВ Аристарх Иванович (род. в 1883 г.) — крестьянин из Суражевки, с 1905 г. — служащий Забайкальской железной дороги, переселенческого управления. Избран в IV Государственную Думу, примыкал к трудовикам. В 1917-1918 гг. — земский деятель, заведовал финансовым отделом.

ШИШЛОВ Иван Николаевич (род. в 1881 г.) — присяжный поверенный в Благовещенске, меньшевик. В 1917 г. — председатель военной организации в Благовещенске, в марте-августе 1917 г. — председатель Комитета общественной Безопасности, первый председатель Земской Управы.

 

 

«БОНИСТИКА» - приложение к газете «МИНИАТЮРА» Не 25

 Материал подготовлен Е. ЛОЗОВСКИМ

©  «Миниатюра»

 

 

©   При использовании этих материалов ссылка на сайт "Бонистика" www.bonistikaweb.ru обязательна

 


подробнее кундалини йога http://www.kaula.ru/yoga/kundalini-ioga-1 ; Цены на деньги России