на главную страницу

 Форум, доска объявлений

Техника-молодежи. 1994 №11, С.6-9.

    НА СЛУЖБЕ КЕСАРЯ И АПОЛЛОНА

Валерий Киселев

Историю государства изучают по летописям, хроникам, памятникам культуры — всех источников не перечесть. А можно — по деньгам. Они нередко "выбалтывают даже то, что хотел скрыть летописец или не увидел мемуарист. Одного взгляда на купюру бывает достаточно, чтобы проникнуться духом эпохи, понять, какая идеология господствовала в стране, какую политику проводило ее правительство. Вот и русский бумажный рубль его внешний вид в разные периоды — это своеобразная история России в картинках. О чем же расскажут они внимательному наблюдателю.

В блистательный век Екатерины чрезвычайно возрос авторитет просвещения. Гордившаяся своей дружбой с Вольтером Царица мечтала сделать Россию страной передовой мысли. Посему неудивительно, что первые российские бумажные ассигнации, выпущенные в 1769 г., напоминали титульный лист книги тот же вертикальный формат, изящные шрифты, одноцветная печать, ручного отлива белая бумага с филигранью — фигурными водяными знаками. Дизайн первого бумажного рубля соответствует канонам классицизма и в то же время близок к стилю печатных царских указов. Правда, государственный герб на ассигнациях отсутствовал — точнее, двуглавый орел был, но не коронованный. Общественное сознание, видимо, еще не привыкло считать "бумажки" полноценными деньгами.

Двуглавого орла «короновал» Александр I в 1802 — 1803 гг. К началу Отечественной войны роль ассигнаций в российской экономике возросла настолько, что Наполеон после вторжения в Россию наводнил ее поддельными банкнотами, тем самым невольно показав, что считает бумажный рубль более значимым, нежели серебряный.

Заметим, что именно Александр I обратил внимание на внешний вид новых денег. С тех пор политический и культурный факторы начали действовать одновременно рубль стал служить и кесарю, и Аполлону.

После наполеоновских войн во многих странах — в том числе в России — получил распространение художественный стиль "ампир", выражавший идею государственной независимости. На русских ассигнациях, теперь уже горизонтального формата, наряду с различными виньетками и бордюрами появились императорские регалии короны, скипетры, венцы, словно сошедшие с дворцовых фасадов.

В эпоху романтизма усилился интерес к отечественной истории, к национальной символике. Государственная идеология при Николае I (1830 — 1840-е гг.) покоилась на трех китах православие — самодержавие — народность. Что не могло не отразиться и на внешности денежных знаков выдержанные в псевдовизантийском духе, они несли изображения церковных закомар, арок и колонн (100 рублей образца 1851 г , 15 рублей 1856 г).

Правление Александра II, как известно, ознаменовалось многими реформами — в частности, финансовой. На новых бумажных деньгах, выпущенных взамен прежних, потерявших цену ассигнаций красовался вензель императора государь как бы лично гарантировал их надежность. Утверждению исторической преемственности и державной мощи служили впервые помещенные на банкнотах 1860-х гг. портреты государственных деятелей прошлого Дмитрия Донского, царей Михаила Федоровича и Алексея Михайловича, императрицы Екатерины II

После русско-турецкой войны 1877 — 1878 гг. облик бумажного рубля кардинально изменился. В искусстве утвердился так называемый псевдорусский стиль — и чутко реагировавший на эстетические веяния рубль стал подчеркнуто "народным". Царский вензель теперь соседствовал с изображениями древних палат, их парадных крылец, деталей резных деревянных иконостасов, архитектуры северной избы, орнаментов старинных рукописей. Новый стиль внедрял в общественное сознание идею защиты государем национальных интересов Родины, ее традиций и устоев. Рубль «псевдорусского» стиля явно был рассчитан на то, чтобы нравиться всем — дворянам, купцам, крестьянам, как бы сплачивая все общество, а не усугубляя его классовую и сословную неоднородность. Здесь, безусловно нашла отражение политика государственной поддержки новорожденного российского капитализма.

К началу XX в технология печатания денег переживала расцвет. С последним весьма удачно совпали неоклассические и модернистские тенденции в отечественной культуре. Бумажные деньги эпохи последнего российского самодержца органично сочетают элементы модерна — сплетение плавных волнистых линий, изысканный растительный орнамент отсутствие правильных геометрических фигур — и неоклассические мотивы силуэт античного воина, вазу и рог изобилия, женский образ.

"Николаевский" рубль отличался виртуозной сложностью исполнения: изображения на нем нередко превосходили по утонченности даже рисунки и гравюры лучших художников разных эпох. Дело здесь, конечно, не только в технологических ухищрениях. На рубеже XIX и XX вв. Экспедиция Заготовления Государственных Бумаг (нынешняя фабрика Гознак) привлекла к сотрудничеству знаменитых живописцев и граверов: Я.Рейхеля, А.Зауэрвейда, Ф.Лундина, П.Ксидиаса.

В итоге многолетних творческих поисков был найден образ "русской валюты" с преобладанием не виртуозно-технического, а эстетического начала. Художественное совершенство не только свидетельствовало о высоком престиже рубля, но и служило ему лучшей защитой. Ведь точно воспроизвести индивидуальную манеру автора портретов Екатерины II и Петра Великого на 100- и 500-рублевых банкнотах не смог бы даже самый виртуозный мастер! Конечно, любую гравюру или даже водяной знак можно перерисовать один к одному, но в данном случае грамотный эксперт без особого труда обнаружил бы подделку. Мнения всех специалистов сходятся на том, что 100- и 500-рублевые купюры начала XX века относятся к лучшим достижениям в истории валют.

Кстати, обращает на себя внимание, что для "николаевских" денег ни русско-японской войны, ни первой русской революции словно и не произошло. Рубль был тогда настолько устойчив; что "рухнул" только в результате общенациональной катастрофы 1917 г.

Короткий промежуток времени между двумя революциями оставил заметный след в истории рубля. Крушение монархии потребовало новой символики. С двуглавого орла "слетела" корона, а рядом с ним возникло изображение полуобнаженной женщины — традиционный для европейского искусства символ свободы Да и в целом рубль стал соответствовать общеевропейскому шаблону. Ярко выраженные национальные мотивы исчезли, зато впервые в новейшей европейской истории появилась свастика — чужеродный для России символ благоденствия и процветания. Правда, появилась не на всех купюрах, а только на 250-рублевой

"Керенкам" и "думским деньгам" пришли на смену большевистские "совзнаки", о которых как-то совестно говорить — настолько примитивен их дизайн. Причина не только в пресловутой разрухе, а еще и в новомодной идеологии утопистов-временщиков, намечавших отмену денег. Правда, Наркомфин все же пытался, по примеру царского правительства, привлечь к работе над оформлением "отмирающих" банкнот известных деятелей искусства. Но из затеи ничего не вышло — "совзнаки" так и остались практически безликими.

После реформ 1922-1923 гг на советском рубле впервые появились изображения фигур — автором их стал скульптор И. Шадр Выполняя социальный заказ, он отбросил всякую патетику и идеализацию На купюре в 25 000 руб (1923 г ) он нарисовал молодого красноармейца с открытым ртом, 15-тысячную украшал простоватый выходец из деревни, а на трехрублевке 1924 г прямо на земле лежали рядом крестьянин и рабочий ("").

"Творческие находки" Шадра вполне отвечали вкусам и требованиям большевистских вождей именно такими — немудреными, "своими в доску", готовыми идти хоть на смерть ради "правого" дела — хотели они видеть своих подданных.

Но в 1938 г с типажами, изображенными на деньгах, произошла любопытная метаморфоза «простота» исчезла, и появились словно из стали изваянные лица героев шахтера, воина, летчика. Идеализированные образы "сверхлюдей' первых пятилеток тиражировались на бумажных рублях (и не только на них) вплоть до реформы 1947 года.

А после нее идеологический канон опять изменился. На новых купюрах крупных номиналов красовался один и тот же "советский человек" — Владимир Ильич, с которым соседствовало изображение Московского Кремля. И что поразительно — по стилю денежная серия 1947 г воспроизводила поздние ассигнации Российской империи. Особенно явственно было сходство 5-рублевок с банкнотами 1909 — 1912 гг. того же достоинства по формату, цвету, рисунку шрифтов и композиции. А 50-рублевая купюра 1947 г в целом повторяла знаменитые "николаевские" 100 и 500 рублей.

Несомненно, в этом сознательном плагиате нашла отражение послевоенная сталинская идеология "исторической преемственности" Возможно, после победы антигитлеровской коалиции и создания восточного блока Сталин пытался внешним видом новых денег дополнительно обосновать свои геополитические интересы, распространявшиеся теперь на всю бывшую территорию царской России. Главное же, очевидно, в том, что и себя самого вождь считал уже не просто "генсеком", а очередным российским самодержцем — в чем, собственно, и состояла для него "историческая преемственность".

Принцип следования лучшим дореволюционным образцам поставил перед художниками и специалистами весьма непростые задачи, которые были успешно решены. Новая валюта довольно удачно символизировала возросшее после войны могущество СССР.

Новшества, внесенные в дизайн советских денег реформой 1961 г, логически завершают канонизацию идеи незыблемости и величия Советского Союза. Ленин на банкнотах лишился черт "самого человечного человека" и превратился в икону теперь его изображали в профиль, с медальным лицом и недвижным взором, устремленным "в будущее".

И, наконец, последние страницы нашей истории крах коммунизма, распад СССР и калейдоскоп экономических и прочих реформ Лавинообразный выпуск новых дензнаков — сначала советских, затем российских — все более крупного номинала и все более низкой фактической стоимости. Применительно к ним вряд ли уместно говорить об эстетической идее или идеологической основе дизайна — более того, вообще вряд ли уместно говорить о дизайне. Наспех сработанные в условиях нараставшей инфляции, они столь же быстро исчезли. Нынешние дензнаки России, пожалуй, немногим лучше этакие малоформатные политические плакаты, художественно не продуманные и оставляющие впечатление какой-то зыбкости ненадежности.

Впрочем, сейчас, наверное, и невозможно создать образ "солидных" денег, свидетельствующий о престиже страны и надежности ее денежной единицы. Остается лишь надеяться, что будущий российский рубль станет не только устойчивой, но и красивой валютой, облик которой воплотит как лучшие отечественные традиции, так и мировой опыт. Последний, кстати, говорит о почти повсеместной "гуманизации" внешнего вида купюр. Монархи, президенты и премьеры остались, пожалуй, лишь на американских долларах и английских фунтах, индустриальные ландшафты — на банкнотах некоторых развивающихся стран. А в наиболее развитых государствах теперь в моде портреты выдающихся деятелей культуры, пейзажи родной страны Словом, есть что выбрать, чему и у кого поучиться.

ИЗ ИСТОРИИ СОВЕТСКОГО РУБЛЯ

Известно, что прототипами скульптур И Д Шадра "Крестьянин" и "Сеятель", изображенных на купюрах 1923 — 1924 гг, были крестьяне из деревни Прыговой Екатеринбургской губернии Порфирий Калганов и Киприян Авдеев. Вот как Иван Дмитриевич описал свое знакомство с первым из них.

"На огороде, распластавшись на рыхлой земле, спит богатырь, лежа ничком. Храпит так, что земля сотрясаясь, взлетает из-под его лица, как от взрывов фугаса Однако чужие шаги услышал, вскинул голову, обросшую бородищей и волосами, напоминавшими шапку хунхуза

—     Чего шаришь в чужом огороде?

Я предложил ему папиросу, он протянул заскорузлую жилистую руку. Не рука — лопата и грабли.

В глубоких, рельефно-крупных морщинах полно земли, как в свежевспаханной меже, а кожа столетнего голенища.

Выслушав меня, он запустил грабли в шевелюру, покрытую окаменелой корой, сдвинул брови, долго сопел носом, сплюнул сквозь зубы острым плевком на гряды и, не открывая полузакрытых глаз, спросил

—А вреда мне от этого не будет?

—Нет, не будет.

Помолчал, подумал.

— Все равно не пойду. Не чеши язык зря, я не маленький, не пойду и шабаш, мое слово — олово.

Шибко нравился мне этот мужик, но, как ни тужился я, не мог раскачать этот пень, вросший в землю"

Другой "натурщик" — будущий "сеятель" Авдеев — тоже поначалу отнекивался, а потом смекнул, что оказывает государству услугу, и согласился. Но взамен поставил условия во-первых, чтобы на деньги с его, Авдеева, портретом "не плевали", как тогда зачастую поступали с царскими, во-вторых, чтобы он и его потомки на несколько поколений были избавлены от продналогов и прочих натуральных повинностей, наконец, чтобы его младшую дочь взяли в Москву и там выучили за казенный счет.

Все три условия пришлось принять, и Киприян Кириллович заработал с полной отдачей. Впоследствии он с гордостью рассказывал "У других или лицо неподходящее, или руки не такие, а у меня — тютелька в тютельку Дело было перед самым покосом, жара несусветная. Я стою голый, средь ограды, на особой подставке. Рука на отлете затекает, а пошевелить нельзя. Пот градом, а он, Иванов (Шадр — В.К.), значит, вокруг меня танцует — и оттуда зайдет, и отсюда подойдет А то заставит меня насыпать в лукошко песку и ходить вдоль ограды, рассевать, значит. Народ, бывало, соберется "Пострадай, — кричат, — Киприан, во славу СССР" А я молчу, знаю, что им завидно "

©   При использовании этих материалов ссылка на сайт "Бонистика" www.bonistikaweb.ru обязательна