на главную страницу

 
 

  Указатель статей

  «Северо-Кавказский коллекционер»

(Оттиск стенгазеты Севкавкрайотдела ВОК)

№ 8 (30)

3-й год изд.    Ростов-на-Дону  Август

1930 г.

        Содержание №8   

1. Редколлегия  Наш юбиляр.     

2. Поздравления юбиляру От президиума Отдела, Научно Исследоват. Комиссии, Редколлегии и членов-учредителей Отдела, от Сев. Кав. Краев. Музея Революции, от Нижегородского Краевого Отдела ВОФ, от тов. Чекунова-Муратова.      

3. В. К-н       Юбиляру. (Стихотворение).       

4. Вл. Соколов  Екатеринбургские чеки.  

5. Вл. Соколов  Зарплата «фарисейками» и то не сполна.  

6. Вл. Соколов  Продовольственные квитанции ВСЮР.       

7. Вл. Соколов  Частные боны г. Ростова-на-Дону.        

8. Вл. Соколов  Третья печать на синих чеках Владикавказа.      

9. Вл. Соколов  Боны Северного Кавказа в цифрах.        

10. Список      Статей В.М. Соколова по бонизму.        

11. Хроника             

 

Наш юбиляр.

В..М. Соколов родился в 1880году., начал коллекционировать (марки всего мира)с 15-ти лет, т.е. в 1895 году. Таким образом, в текущем 1930 году исполняется два его юбилея: 50-ти летний со дня рождения и 35-ти летний со дня коллекционирования.

Марками В.М. интересуется и до сего времени, но убедившись в невозможности «объять необъятное», все свое филателистическое внимание сосредоточил на коллекции марок России (почтовых и, особенно, земских) и марок славянских стран (Сербия, Босния и Черногория.).

С 1920года В.М. начал коллекционировать денежные суррогаты, интересуясь только бонами периода революции (точнее- бонами охватывающими десятилетие от 1914 г. до 1925г.), и в этой области он достиг многого- как в подборе одной из лучших в СССР бонных коллекций, так и в разработке и изучении бонных эмиссий, особенно эмиссий Северного Кавказа. Список печатных трудов В.М. в области бонистики приведен в конце настоящего номера стенгазеты. В.М. Соколовым между прочим составлен также (в сотрудничестве с М.Л. Ивановым) заполнивший крупный пробел в бонной литературе каталог бон.

Как бонист, В.М. пользуется заслуженным и признанным авторитетом.

Не чужд В.М. и филателистической литературы, где в области земства у него имеются опубликованные статьи (о пропусках в каталоге земских марок, об издании нового каталога земмарок и др.).

Крупную роль играет В.М. как общественник, как член ВОК, участник знаменитого июньского пленума, положившего начало борьбе за общественность в ВОФе, В.М. и в последствии не складывал оружия, и, не имея возможности участвовать на съездах ВОФ, вел словесную и письменную борьбу, главным образом через нашу стенгазету.

С 1923 года, то есть с момента образования Сев. Кавк. Отд. ВОФ, В.М., являющийся одним из членов-учредителей нашего отдела с небольшим перерывом состоял без сменно Председателем Президиума Отдела и сложил с себя эту обязанность из за перегруженности служебной работой лишь в 1930 году, оставшись все же Заместителем Председателя (каковым был избран И.И. Гросберг). При В.М. Сев. Кавк. Отдел стал одним из самых крепких Отделов ВОК, со сплоченным и работоспособным активом, с определенным престижем в обществе. Как активный сотрудник нашей стенгазеты, где В.М. помещал статьи под разными псевдонимами, он достаточно хорошо известен всем нашим читателям. Выпуская, в ознаменование двойного юбилея тов. В.М. Соколова настоящий специальный номер стенгазеты со статьями В.М. по праздникам, уверена, что и в будущем В.М. всегда будет в первых рядах нашей Вофовской общественности, давая многим более молодым членам общества прекрасный пример юношеского энтузиазма, энергии и целеустремленности в общественной работе и научной деятельности.

РЕДКОЛЛЕГИЯ.

Поздравления юбиляру.

1.

Президиум Сев. Кавк. Краевого Отдела ВОК, Научно-Исследов. Комиссия Отдела, Редколлегия стенной газеты Отдела и члены учредители Донского Областного (а ныне Сев. Кавк. Краевого) Отдела ВОК горячо приветствуют Заместителя Председатели Президиума Отдела (бывшего до того в течении ряда лет бессменно Председателя Президиума), активного работника и Председателя Научно-Исследовательской Комиссии Отдела, постоянного и деятельнейшего сотрудника Отдельской стенгазеты «Северо-Кавказский Коллекционер», члена -учредителя Детского Областного Отдела ВОФ, коллекционера -исследователя-общественника -активиста тов. Владимира Михайловича Соколова в славный день двойного юбилея, отмечающего пятидесятилетия со дня рождения и тридцатипятилетие коллекционерской деятельности, и желают дорогому юбиляру сохранить еще на много много лет отличающие его энергию, инициативу, упорство в намеченной цели, трудолюбие и активность - как на научном так и на общественном поприще.

Президиум Сев.Кавк.Отд. ВОК

Научно-Исслед. Комис. Отдела

Редколлегия «Сев. Кавк. Коллекционера»

Члены -Учредители Донс. Обл. Отд. ВОФ

2.

С.С.С.Р.                                Сев. Кавк. Крайотделу Всероссийского Общества

Сев.Кавк.                               Коллекционеров.

Краев.Музей

Революции 3 августа 1930 г.

№ 38

Уважаемые товарищи!

Северо Кавказский Краевой музей Революции приветствует сего числа Вашего юбиляра Владимира Михайловича Соколова, под руководством которого Сев. Кавк. Отдел постепенно из года в год развивает свою деятельность на поприще научных изысканий в области изучения денежных знаков Революции вообще и Северного Кавказа в частности, надеемся, что находящиеся вне экспозиции коллекции денежных знаков революции, хранящиеся ныне в музее, будут разобраны и подготовлены к экспозиции Отделом при участии юбиляра и под его опытным руководстве, внеся тем самым еще страницу в его многолетней деятельности и на поприще советской коллекционерской деятельности.

зам. Директора Музея,

Научный сотрудник (Кутилин)

Секретарь (Голик)

В связи с двойным юбилеем Владимира Михайловича Соколова шлю свой горячий привет уважаемому юбиляру и выражаю твердую уверенность в том, что он еще в течении многих лет будет продолжать столь же плодотворную свою научную и общественную деятельность на линии ВОФ.

От души желаю здоровья и сил.

Председатель Нижегородского

Краевого Отдела ВОФ Д-р Торсуов

(Нижний Новгород)

Привет Юбиляру!

Сердечно поздравляю Владимира Михайловича Соколова с коллекционным юбилеем, а также торжественно приветствую Сев. Кавк. Отдел, в составе которого находится юбиляр.

Как юбиляру Владимиру Михайловичу, так и Северо Кавказскому Отделу от души желаю успеха в дальнейшей работе на поприще изыскания документов истории и научно-исследовательской деятельности и обработке материалов Великой Октябрьской Революции.

Привет юбиляру!

Да здравствует, Всерос. Общество Коллекционеров!

(Кисловодск) К.М. Чекунов-Муратов.

Владимиру Михайловичу Соколову,

археологу, экономисту и бонисту.

Юбиляру.

Звание археолога в кармане:

На « лопату « право получил.

Но не рылся ни в одном кургане,

Ничего в курганах не добыл.

Имея чин экономиста,

К раскопкам и не приступал.

Но став в последствии бонистом,-

Он тем « в историю попал «.

И вот пошли тогда находки,

Каких в курганах не сыскать:

Ни черепки и не «макетки»,

А беды, так сказать, »на ять».

В них разбираясь, ряд докладов

И ряд статей он написал

И тем не мало ценных вкладов

Науке нашей бонной дал.

Мы юбиляра чтим за это,

Мы за него всегда горой.

Ему желаем «много лета»,

Юбиляр наш дорогой!

В. К-н.

Екатеринбургские чеки

Публикуемая ниже статья составляет часть большой работы, в настоящее время ещё незаконченной, о разновидностях чеков, выпускавшихся в 1917-20 гг. в качестве разменных денежных знаков на бланках из чековых книжек Госбанка, изготовленных Экспедицией Заготовления Государственных Бумаг.

Возникшая между мной и крупным бонистом А.П. Истштейном небольшая дискуссия по вопросу о разновидностях Екатеринбургских чеков побудила меня отдать этот частный вопрос на суд товарищей бонистов теперь же, не ожидая окончания всей указанной выше работы.

В чём же наши разногласия с тов. Истштейном? Они довольно велики и, говоря коротко, выражаются в количестве определяемых нами разновидностей. Уважаемый А.П. насчитывает среди чеков Екатеринбурга 24 разновидности, а мною устанавливается таких лишь пять основных и три второстепенных, т.е. ровно в 3 раза меньше. Наши точки зрения примирить нельзя, одна из них должна победить.

Прежде чем перейти к существу наших разногласий, дадим описание чеков Екатеринбурга, тем более что многим бонистам эти чеки совсем неизвестны или известны только в 50 руб. купюре.

Необходимо раньше всего оговориться, что никаких документальных данных об Екатеринбургских чеках в нашем распоряжении не имеется, и как описание, так и выводы делаются лишь на основании материалов, собранных от немногих коллекционеров, имеющих эти чеки.

Выпущены были Екатеринбургские чеки в трех купюрах (50 р., 100 р. и 500 р.) на бланках чеков Госбанка, изготовленных Экспедицией Заготовления Государственных Бумаг, причем:

а) для чеков 50 р. достоинства были взяты бланки ОЛИВКОВОГО цвета с текстом: «Прошу заплатить предъявителю сего …. И таковую же сумму СПИСАТЬ с моего текущего счета». Рамка из линий, между которыми помещены слова: «Чек признается действительным в течении 10 дней со времени его выдачи», - ограничивает чек с 3-х сторон (с нижней стороны рамки нет). Чеки имеют порядковый номера, перед которыми стоят буквы «Д», "Е" или "Ж" (обозначение серии). Над текстом штемпелем ставилось наименование (фирма) того кредитного учреждения, от имени которого, как владельца счета в Госбанке, выпускался чек. На обороте чека ставился акцепт Госбанка, т.е. печать с государственным гербом (двуглавый орел) и текстом: "Екатеринбург, Отделение государ. гербом (двуглавый орел) и текстом: "Екатеринбург, Отделение государ. Банка", штамп Отделения Госбанка и две подписи от руки. Номинал чека (сверху цифрой и в тексте прописью) писался от руки.

б) Для чеков 100 руб. брались бланки желтого цвета и текстом: "Прошу заплатить предъявителю сего.......и таковую же сумму дебетовать на счет". Рамка имелась с 3-х или с 4-х сторон (в последнем случае и внизу чека), буквы серии чека стоят после номера чека, в чеках с трехсторонней рамкой - "В", с 4-х сторонней "В" или "Г". В остальном - как чек в 50 руб.

в) Для 500 руб. чеков употреблялись бланки лилово-коричневого (розового) цвета двух видов, а именно: 1) с текстом "Прошу перечислить с моего текущего счета на....." рамкой с 3-х сторон и буквой серии "В" перед номером чека, и 2) с текстом "Прошу перечислить с моего условного текущего счета на....." рамкой с 4-х сторон и буквой серии "Б".

Все чеки выпущены в обращение в конце 1917 г. - в начале 1918 г. от имени 8-ми кредитных учреждений г. Екатеринбурга, а именно: 1) Волжско - Камского Коммерческого Банка, 3) Русско - Азиатского банка, 4) Русского для внешней торговли Банка, 5) Азовско - Донского Коммерческого Банка. 6) Петроградского Международного Коммерческого Банка, 7) Екатеринбургского Городского Общественного Банка и 8) Союза Кредитных и Ссуде Сберегательных Товариществ.

Точка зрения тов. Исштейна ясна и проста. Он берет за основу для определения числа разновидностей два признака: а)номинал 50р. 100р. и 500р. и б)организацию, которая выписывала чек, т.е. 8 кредитных учреждений. Отсюда для каждого номинала у него получается 8 разновидностей по организациям, а всего 24 разновидности.

Признавая вместе с тов. Исштейном, что для чеков Екатеринбурга номинал, хотя и рукописный, но всегда строго определенный (три купюры), является одним из основных признаков для определения разновидностей, я категорически отвергаю, как таковой признак наименование организации (фирму, владельца счета), выписывавшей чек.

Наименование организации не может, по моему служить признаком, определяющим разновидность, по следующим соображения:

По существу дела, все чеки типа Екатеринбургских чеков - были выпущены Госбанком, акцептовавшим каждый чек, что ЕДИНСТВЕННО и придавало чеку характер разменного денежного знака. Такая форма выпуска дензнаков Госбанка была признан наиболее удобной и быстрой, как не требовавшая ни выработки новых рисунков и текста для новых дензнаков, ни запасов особей для них бумаги. Акцепт Госбанка придавал законченному денежному документу, имевшему лишь кратковременную (10 дней) силу, длительность обращения без предъявления его для размена, вводилось гарантированное Госбанком обращение денежных документов, по которым сам Госбанк временно не мог платить за отсутствием денег и на которых свое обязательство уплаты он подтверждал особым акцептом. Организации, выписывавшие чеки, являлись простыми владельцами текущих счетов, открытых в Госбанке, под обеспечение которых и в размере суммы которых и могли выписываться ими чеки, что опять таки контролироваться Госбанком.

Такой порядок выпуска в качестве денежных знаков чеков различных организаций с акцептом Госбанка был осуществлен в 1917 -1920 гг. не только в Екатеринбурге, а является

общим для всех подобного рода выпусков. Такую гарантию (акцепт на обороте чека) Госбанк предоставил в Екатеринбурге -,8-ми кредитным учреждением, в Армавире -12 таким же учреждениями, в Хабаровске 18,но уже различны организациям, во Владикавказе более 100,причем гарантировались чеки не только учреждений, но частных лиц, в Екатеринодаре - более чем 400 владельцам текущим счетов, в большинстве частным лицам.

Принцип для определения числа разновидностей должен быть единым. При принятии же принципа тов. Исштейна мы дошли бы в число разновидностей чуть ли не до астрономических цифр и принуждены были бы установить для Армавира при 16 номиналах - 192 разновидности, для чеков Хабаровска для 24-х номиналов (не беря других признаков) -352 разновидности, для чеков Екатеринодара до 3744 разновидностей так далее.

Такой подход для коллекционеров приемлемым быть не может, и этот признак для определения числа разновидностей должен быть отвергнут.

Для определения разновидностей в чеках Екатеринбурга должны быть приняты по мнению автора, за основание следующие признаки: 1 (Номинал, 2)текст чека, 3) цвет чека 4)рамка чека, а для второстепенных разновидностей (только для любителей таковых) и 5)серии чека (буквы перед или после порядкового номера чека).

На основании этих признаков чеки Екатеринбурга делятся на следующие разновидности:

№ 1-50 р., оливкового цвета, с текстом « списать с моего текущего счета « и рамкой с трех сторон.

Для второстепенных разновидностей: а) серия »Д», б) серия «Е», и в) серия «Ж». Может быть были выпущены чеки и других серий например «Р», не такие автору неизвестны: тогда увеличится только число второстепенных разновидностей.

№ 2 - 100 р. желтого цвета, с текстом «Дебетовать счет» и рамкой с трех сторон.

Второстепенные разновидности: а) серия «Б», и б) серия «Г».

№3 - 100 р. – те же, но рамка с 4-х сторон. серия «Б».

№4 - 500 р. Лилово-коричневого цвета, с текстом «Перечислить с моего текущего счета» с рамкой с 3-х сторон. Серия «Б».

№5 - 500 р. Розовато-лилового цвета, с текстом «Перечислить с моего УСЛОВНОГО текущего счета», с рамкой с 4-х сторон.

Всего 5 основных разновидностей, вместе с второстепенными 8 разновидностей.

Указанные здесь признаки различия (5 основных) не принять нельзя (их должен будет признать и А.П. Исштейн), а тогда при сохранении защищаемого т. Исштейном признака, - наименование фирмы, он должен будет увеличить число признаваемых им разновидностей до 40, а признающие его точку зрения любителя также и мелких разновидностей - до 64.

Думаю, что коллекционеры-бонисты пойдут по одному пути со мной, а не с тов. Исштейном и дружно подадут голос за каталогизирование в чеках Екатеринбурга лишь 5 основных разновидностей или, за что будут ратовать уже немногие, 8 разновидностей.

Эти принципы берутся мною за основание и в заканчиваемой общей статье о разновидностях банковских чеков 1917-1920 гг. и уже применены в известных читателям стенгазеты статьях о Владикавказских и Екатеринодарских чеках, а также о чеках Бобруйска (первом их выпуске)

Вл. Соколов.

Зарплата "фарисейками и то не сполна."

Под таким заголовком в газете "Правда" от 14 октября 1924 года /№ 234/ появилась заметка следующего содержания:

"Что-то невероятное происходит с выплатой зарплаты рудничным рабочим.....Зарплата выдается деньгами и бонами местного кооператива, за подписью Председателя кооператива Кобзева, которые рабочие называют "кобзеевскими" или "фарисеейками". На полученные боны рабочие имеют возможность (и то не всегда) покупать в лавках кооператива те товары, которые там имеются. Такой порядок выдачи зарплаты очень тяжело отражается на ничтожном бюджете рабочего, так как рабочий вынужден покупать все то что ему дают. Не лишним будет отметить то обстоятельство, что в местном арестном помещении среди заключенных есть нее мало и сидящих за подделку фарисеек, т.е. кооперативных бон. Далее нельзя терпеть существующий порядок зарплаты шахтерам.

Статья подписана "А. Богдасаров. Гор. Шахты".

На сообщение "Правды" обратили внимание не только коллекционеры начавшие искать неизвестные им дотоле боны, не со своей специфической точки зрения- и Наркомфин в Москве.

От последнего в г. Ростове на Дону Уполнаркомфином на Юге-Востоке России 21-го октября 1924 года, то есть неделю спустя после появления газетной заметки, была получена следующая срочная телеграмма:

"Ростов Дон Уполнаркомфину сообщению "Правды" номер 234 Шахтинском округе обращаются боны точка Примите срочно меры прекращению выпуска запятая изъятие бон обращения привлечение виновных ответственности 1121-10 Наркомфин Сокольников".

В Ростове дело пошло несколько быстрее и уже через 2 дня после получения срочной телеграммы, т.е. 23 октября Уполнаркомфин дает предписание за № 575 старшему инспектору Орлову расследовать это дело на месте.

27 октября 1924 года. в г. Шах так названым тов. Орловым составляется следующий акт (приведем в выдержках):

«В конце 1923 года Шахтинским рабочим многолавочным кооперативом, в момент острой потребности оборота в разменных денежных знаках червонного достоинства, были выпущены в обращение РАЗМЕННЫЕ МАРКИ, достоинством в 1, 2, 3, 5, 10, 25, и 50 коп. и в 1, 2, и 3 руб. червонных. Впоследствии вслед за марками, имеющими хождение наравне с государственными денежными знаками, были выпущены в обращении еще так называемые «единицы» или червонные копейки, которыми снабжены были ордера Рудоуправления Александро-Грушевского района. Единицы эти, хотя и не имели самостоятельного денежного (отдельно от ордера) хождение, не так как ферма самого кредитного ордера не удовлетворяла требованиям, поставленным Наркомфином, то неиспользованная часть ордера с единицами вместе с ИЗЬЯТЫМИ ИЗ ОБРАЩЕНИЯ вышеупомянутыми марками были уничтожены 31-го марта 1924 года по настоянию Шахтинского Окрфинотдела и постановлению Правления Шахтинского Кооператива».

Весь поднятый шум оказался бесполезным, так как самые боны, по поведу которых «весь сыр бор загорелся», а вместе с ними и не боны («единицы») были изъяты и уничтожены за 6 месяцев до появления газетной о них заметки.

В делах Шахтинского ЦРК имеется следующий акт:

«1924 года марта 31-го дня. Мы, нижеподписавшиеся, Комиссия в составе члена Правления т. Палютина В. Я. члена Ревкомисии т. Смирнова Ф.П. и Бухгалтера Маркова В.Ф. на основании постановления Правления от 30-го марта с. г. за № 66, произвели подсчет изъятых марок и единиц, - причем при подсчете оказалось: марок на сумму 57. 890 руб. 19. копеек и единиц на сумму 73. 290 руб., каковые и сожжены 31-го марта в чем и подписываемся. В. Селютин, Ф. Смирнов, В. Марков, кассир Власов».

По словам одного из старых работников Шахтинского ЦРК на руках у населения неизъятых марок осталось «почти что ничего».

Дадим краткое описание Шахтинских «Фарисеек» или иначе «Кобзевок»:

Выпущены были разменные марки в купюрах в 1, 2, 3, 5, 10, 25 и 50 копеек и в 1, 2 и 3 руб., напечатаны они на одной стороне. Текст следующий: «Шахтинский» (или «Шахтин») районный (или «район».) Рабоч. многолав. кооператив. Разменная марка. Одна копейка (или другой номинал) в золотом исключении. Обязательна к приему во всех магазинах (или «магаз».) (или «магазин».) Рабкоопа. Члены правления (подпись от руки Бухгалтер (тоже). Текст со всех сторон окружен рамкой: из маленьких квадратиков на марках в 25 и 50 коп. и из таких же прямоугольников, но с узорными верхними углами - на марках в 1, 2 и 3 руб. На некоторых марках имеются слева «серия А», из чего можно заключить, что марки имели два выпуска - с серией и без нее. На каждой марке имеются номиналы крупной цифрой, причем на марках в 1-10 к номиналы заключены в линейную квадратную марку, на 25 и 50 коп. стоят без рамки, а на рублевых марках - цифра номинала одна в середине текста, тогда как на копеечных - цифры стоят по бокам текста. Подписывались марки, кроме Кобзет и другими членами Правления. На оборотной чистой стороне марки ставилась круглая печать Шахтинского ЦРК.

Автор просил одного из ответственных руководителей Шахтинского ЦРК сообщить, какие имеются в архиве ЦРК сведения с выпуске этих марок и поискать, не сохранились ли они у кого либо из сотрудников, причем для показа передал ему из своей коллекции одну марку в 10 коп. (бланк). марка эта была возвращена с надписью на обороте ее: Поправка. Таких марок в Шахт. ЦРК не имеется. Секретарь (подпись) и приложена круглая печать Шахт. ЦРК.

Отсюда виднее, что в Шахтинском ЦРК, очевидно, к 1929г. памяти об этих марках не сохранилось.

Возвращенную марку, как любопытный документ, автор передал в общественную коллекцию бон Сев. Кавк. Краевого отдела ВОК.

Принимая во внимание почти полное сожжение размерных марок в 1924 г., их потерю и уничтожение населением («кобзевки» или «фарисейки»)являются одним из редчайших кооперативных бон Сев. Кавказа.

Вл. Соколов.

Продовольственные квитанции ВСЮР.

Всем бонистам знакомы красиво отпечатанные в г. Одессе, вполне законченные (с подписями, печатью и номером), но кажется так и не имевшие хождения «Временные квитанции Херсонского Уполномоченного Управления Продовольствия при Главнокомандующем Вооруженными Силами Юга России» (ВСЮР), указанные в каталоге СФА изд. 1927 г., под 5072-5076 (в 25, 50, 100, 250 и 500 р.).

В настоящем очерке мы познакомим бонистов с предшественницей указанных временных квитанций, с первым шагом в выпуске ВСЮР таких «продовольственных» денег – с квитанцией Контрагента Управления Продовольствия при Главнокомандующем ВСЮР.

Эти последние квитанции выдавались в 1919 году в пределах Сев. Кавказа и фактически служили денежными документами для зарплаты за поставку в склады ВСЮР продовольствия с одной стороны, а с другой- для уплаты за отпускаемые из тех же складов товары.

Были отпечатаны особые книжки с листами желто-зеленого цвета, причем каждый лист, как и на Херсонских квитанциях, состоял из самой квитанции и корешка. В тексте квитанции указывалось: кому она выдана, где выдана, что по ней принято и на какую сумму, ставился порядковый номер, дата, подпись и печать.

На каждой квитанции отпечатана "фирма", т.е. "Контрагент Управления Продовольствия при Главнокомандующем Вооруженными Силами на Юге России" (характерно, между прочим, что предлог "на" в Херсонских квитанциях отсутствует и там вместо слов "на" Юге России" напечатано "Юга России").

На обороте квитанции следующий текст: "Держатель сей квитанции может получить из наличности склада Уполномоченного Управления Продовольствия при станции....требующийся ему товар в количестве и по ценам, Установленным Управлением продовольствия ".

Квитанции были именные, но товар выдавался "держателю квитанции", т.е. фактически квитанции были "на предъявителя" и в качестве таковых могли иметь обращение среди населения. Этому могло способствовать то обстоятельство, что квитанции носили чисто товарный характер, что в то время придавало им в глазах населения ценность гораздо более реальную, чем торжественное обещание Херсонских квитанций уплатить причитавшуюся сумму деньгами, да еще через несколько месяцев.

Отличие от Херсонских квитанций состояло еще и в том, что на Сев. Кавказе выдавались за привозимое самим населением, то есть в добровольном порядке, продовольствие, а в Херсонской губернии - должны были выдаваться "за поставляемое по закону с хлебной повинности зерне".

Судя по некоторым данным квитанции "Контрагента" выдавали только в пределах Ставропольской губернии, причем приемщики продовольствия являлись, между прочим, и потребительские кооперативы, из архива одного из которых автор получил книжку этих квитанций. Лично автору Ставропольцы указывали, что такие квитанции "ходили" среди населения станицы Изобильной где были склады ВСЮР. К числу бон эти квитанции автор не относит.

Вл. Соколов

Частные боны г. Ростова на Дону.

Под этим общим заголовком я намерен дать читателям нашей стенгазеты -бонистам ряд заметок о денежных суррогатах необязательного обращения (частных бонах),выпущенных в Ростове на Дону в период 1917-24 г.г.

Так как о некоторых выпусках у меня имеются вполне достаточные данные, некоторые требуют сбора дополнительных сведений, о некоторых не имеются пока никаких данных, кроме самих бон, то в своих заметах я не буду придерживаться хронологического порядка выпусков, а буду давать отдельные очерки об отдельных бонах по мере поступления более или менее полного и проверенного о них материала.

        Начну свой труд о тех двух выпусков частных бон, в выходе которых в свет мне пришлось принять участие лично, он кооператива "Союз" и ордеров Комслужа Центросоюза.

1.Боны кооператива "СОЮЗ"

(Каталог частных бон - Р.У. - №7)

Кооператив "СОЮЗ" в основном являлся объединением сотрудников Юго-Восточной Краевой Конторы Центросоюза, через которую получал и товары.

В 1922г., как и везде контора Центросоюза, не имея достаточного количества разменных денежных знаков с одной стороны, а с другой, тоже как везде, широко практикуя выдачу авансов в счет жалований, заключала с кооперативом "СОЮЗ" соглашение о приеме последними записок финчасти Конторы для выдачи по таким запискам сотрудникам товаров на определенную сумму и об обратном затем приеме таких записок с отметкой о выдаче товара в уплате за закупаемые кооперативом у Конторы товары.

Зачастую сотрудники требовали из кооператива и, конечно, получали по таким запискам не товары, а наличные деньги. Часть суммы по записке, как правило, выдавалась всегда деньгами в качестве сдачи.

Неудобство таких записок, необходимость на них расписки сотрудника в получении товара, сложность расчетов и тому подобное побудило Правление Кооператива, по примеру других кооперативов Сев. Кавказа (г. Краснодар, Владикавказ, Ейск и др.), поставить перед конторой вопрос (разрешенный в положительном смысле) о замене записок безличными бонами в определенных номиналах.

Такие боны были выпущены 20-го октября 1922 года в дензнаках 1922 года в купюрах 25 руб., 50 руб., 100 руб., 500 руб. и 1000 руб. по 100 шт. каждого номинала, всего на сумму в 167.500 руб. Из этих бон 500 руб., 100 руб. купюры были сданы кассе Центросоюза для выдачи сотрудникам в счет жалованья, а остальные - в кассу кооператива в качестве разменных знаков.

С первого же дня и бухгалтерия конторы, и кооператива почувствовали облегчение в расчетах между сотрудниками (расчет за наличные деньги), были довольны также и сотрудники.

Такое положение просуществовало, однако, лишь несколько дней.

Возвратившись в середине ноября 1922 г. из командировки, мне пришлось констатировать не только изъятие этих бон из обращения, но и сожжение значительной их части.

Как оказалось, кассир кооператива узнал в Госбанке о том, что как раз в октябре месяце Совнаркомом был издан декрет о запрещении выпуска всяких денежных суррогатов. В кооперативе создалась паника и было постановлено уничтожить все "вещественные доказательства", вследствие чего все бывшие в обращении боны спешно заменены и в начало ноября торжественно сожжены. Из ста серий осталось неуниженными 41 полная серия, которые не сдавались в кассу а хранились в Правлении кооператива и несколько разрозненных экземпляров, оставшихся еще у сотрудников. Уничтожение бон было произведено без акта, так что точное число сожженных бон установить не удалось. Некоторые сотрудники просили и получили "на память" по серии этих бон, так что число сохранившихся полных серий вероятно около 48-50.

Текст на всех бонах (только на лицевой стороне) одинаково, а именно: Кооператив "Союз" сотрудников Центросоюза в г. Ростове на Дону, бон на.... рублей в дензнаках образца 1922 г. № (цифра от руки). Имеет хождение лишь в расчетах между Юго-Восточной Краевой Конторой Центросоюза, ее сотрудниками и их кооперативным объединением "Союз". Управляющий Краевой Конторой С. Гроссман (факсимиле) Председатель Правления Кооператива "Союз" В. Соколов (подпись от руки). Выпущен 20 октября 1922 г. На оборотной (чистой) стороне бон ставилась печать кооператива ("рука руку моет").

Кроме номинала боны отличались по цвету бумаги, т.е. были отпечатаны: 25 р. -на розовой бумаге, 50 р. - на белой, 100 р. - на светло - коричневой, 500 р. - на зеленовато -серой и 1000 р. - на синей бумаге.

2. Ордера Комслужа Центросоюза.

(Каталог частных бон - Р.У., - № 22)

В конце 1923 г. и вначале 1924 г. ощущался. как известно, повсеместный острый разменный голод и выявилась колоссальная потребность в твердой валюте. Стоимость червонца в совзнаках изменялась ежегодно и покупательная сила последних катастрофически падала. Содержание выдавалось крупными червонными купюрами, разменная же твердая валюта отсутствовала. Декрет совнаркома о запрещении выпуска денежных суррогатов был забыт, вернее его сознательно стали обходить и потребность населения в мелкой твердой валюте стали удовлетворять многие учреждения и организации (главным образом кооперативные) путем выпуска под равными наименованиями денежных суррогатов в червонной или золотой валюте.

К такому сохранению реальной зарплаты своих сотрудников прибег и Местный Комитет служащих и рабочих Юго-Восточной Конторы Центросоюза, войдя в соглашение об этом, как с администрацией конторы, так и с правлением кооперативного объединения сотрудников "Союз".

Были выпущены "Ордера" в червонных копейках и рублях за подписями членов Комслужа В. Аксюты, А. Бондаренко или В. Соколова и счетовода В. Лукьянова на имя кооператива "Союз" с текстом: "Выдайте предъявителю сего...червонных рублей (коп.) товарами или деньгами. Соответствующую сумму Комслуж уплатить Краевой Конторе Центросоюза в погашение Вашего долга". Выпущены были купюры:

50 черв. коп. лилово-розового цвета, серия А

1 черв. руб. желтого цвета " Б

2 " " коричневого цвета " В

3 " " белого цвета " Г

5 " " синего " " Д

10 " " красного " " Е

Кооператив "Союз" пользовался большой популярностью в городе Ростове на Дону и указанные ордера имели обращение и пользовались доверием не только среди сотрудников Центросоюза, но и у всех покупателей кооператива, в том числе и у сотрудников финорганов. Принимались эти ордера и на базаре, и зубными врачами и между прочим Уполномоченным по филателии и бонам на Юго-Востоке России тов. Бруновым и его сотрудниками.

Выпущены ордера были в ноябре 1923 года и имели обращение до конца марта 1924., когда появилось достаточное уже количество государственной разменной твердой валюты и необходимость в ордерах исчезла.

Всего выпущено было по 200 экземпляров каждой купюры (поставлены нумератором от №1 до №200), т.е. всего 1200 штук на сумму 4300 руб. Обменено при изъятии на сумму 4.121 руб., а на 179 руб. (главным образом 50 к. и 1 р., но также и по одной шт. 5р. и 10 р.) остались на руках или утеряны.

        Полных серий для коллекций сохранилось 138.

        Интересно отметить, что несмотря на декрет Совнаркома Доноблит на выпуск ордеров свое разрешение дал.

Вл. Соколов.

 

 

Третья печать на синих чеках г. Владикавказа.

        В статье "Владикавказские чеки" (№12 стенгазеты за 1929 г. дано описание двух печатей, ставившихся на синих чеках Владикавказских чеках Госбанка 1918-19 гг. под акцептом, т.е. на обороте чека, а именно: №2 (Печать Второго Владик. Отдел. Госуд. Банка, с двуглавым орлом красного или красно - фиолетового цвета, и №2) Печать Второго Владикавк. Отдел. Народного Банка, с орлом типа Времен. Правительства синего ил лилового цвета.

Обе эти печати указывали на различное время выпуска чеков обращения, то есть до национализации частных банков и после нее и, как таковые, служили достаточным признаком, заслуживающим включения в число разновидностей и особой каталогизации.

        В настоящей заметке мы остановимся на третьей печати, встречающейся на синих Владикавказских чеках.

        Эта печать - оттиск медной "сургучной" печати - такого же размера и формата, как и первая из указанных выше печатей (т.е. печать Госбанка) и с таким же гербом. Отличие их по тексту вокруг герба на описанной ранее печати текст состоит из слов "Владикавк. Отдел" в верхнем и "Госуд. Банка" - в нижнем полукруге, а в этой "третьей" печати в верхнем полукруге имеются слова: (полностью "Государственного Банка", а в нижнем "Владикавказское Отделение". Оттиск печати зеленого или темно - фиолетового цвета.

Печать эта встречается крайне редко (найдена на единичных экземплярах 1р. и 3р. чеков IV выпуска, на 1р., 25р. и 50р. - у выпуска и 50р. - VI выпуска).

Судя по датам на чеках с этой печатью, она ставилась одновременно с обычной печатью Отделения Госбанка и, видимо, употреблялась лишь случайно, когда, возможно, каучуковая печать была занята или когда нужно было работать "в две руки" - обеими печатями.

Характерно, однако, что оттисков первой печати и что обычная печать никогда не встречается в оттисках зеленого или темно - фиолетового цвета, а всегда красного или красно - фиолетового.

Это обстоятельство наводит еще и на ту мысль, что "третья" печать ставилась не в том Отделении Банка, в котором акцептовали все чеки, а в другом - например в том, куда представлялись чеки выпущенные в обращение, но на некоторых случайно печать не была поставлена, что возбуждало сомнение в их подлинности. Подлинность их и удостоверялась печатью, имеющейся в этом Отделении Банка.

Ввиду этих соображений, думается, не будет ошибкой в коллекционном смысле, если бонисты не станут придавать этой печати самодовлеющего значения.

Вл. Соколов.

Боны северного Кавказа в цифрах.

Точное цифровое выражение для каждой коллекции бон Сев. Кав. периода 1914 - 1925 гг. дать еще нельзя. Изучение этих бон еще не закончено. Тем не менее даваемые ниже цифры по нашему мнению лишь немногим меньше действительных (окончательных) цифр.

Как произведен подсчет?

Cеверный Кавказ взят в тех границах, которые определяли "Северо-Кавказский Край как экономическое целое, районирование 1926 г., то есть в число бон Сев. Кавказа включены также и отнесенные каталогом СФА к Юго-Восточной России-обязательства Всевеликого Войска Донского, билеты ВСЮР 1919 г. и Ростовской Конторы Госбанка и боны Таганрога

Подсчитаны не каталогизированные "белые" чеки Владикавказа, марки Железноводска, медные деньги Армавира и Узун-Хаджи, печати Узун-Хаджи и Гикало на Терских дензнаках, а также разновидности: опубликованные на чеках Владикавказа, Ставрополя и Екатеринодара и выявленные в обязательствах В.В. Донского (акцепт), Владикавказа (рамки и подписи), Грозного (рамка), Мин. Вод. (различие в сериях) Благодарного и Сев. Кавк. Соц. Республики (векселя) и др.

Подсчитаны имеющиеся в коллекциях купоны с надпечатками, и которых каталог знает лишь 6 штук.

Подсчитаны по материалам М.Л. Иванова облигации займов с надпечатками о хождении их наравне с кредитными билетами.

Количество "частных бон" определено по каталогу Сев. Кавк. Отдела с дополнениями к нему.

        Результат следующий:

        Полная коллекция бон Сев. Кавказа по данным на август 1930 г должна заключать:

        а) Общеобязательных бон.......…594

        б) Купоны с надпечатками.............62

        в) Займов с надпечатками...........208

        г) Частных бон..............................716

        д) Заемных писем.........................1

                                        Всего 1581 шт.

или округляя на новые разновидности, - до 1600 шт.

Из этого количества 300-350 шт. представляют из себя или уники (особенно среди частных бон). Или настолько редкие экземпляры, что могут встретится лишь в 3-5-10 коллекциях.

Об униках и раритетах Сев. Кавказа мы дадим особую статью.

Вл. Соколов.

Список статей В.М. Соколова по бонизму.

а) помещенные в журнале «Советский филателист»:

1) Армавирские денежные знаки (1924 г. № 4-6).

2) Боны необязательного обращения (1927 г. №9)

б) В журнале «Советский Коллекционер»:

3) Заемные билеты Владикавказской ж.д. (1928 г. №1). Статья написана совместно с М.Л. Ивановым.

4) Схематическая классификация коллекции русских бон (1928 г. №3).

5) Денежные выпуски Ставрополя (1929 г. №1-3).

6) О работе секции бонистов на 4-м съезде (1929 г. № 4-6).

7) Банковская эмиссия во Владикавказе (1929 г. №7-9).

8) Металлические деньги периода революции (1929 г. №10-12).

9) Екатеринодарские чеки (1929 г. «10-12).

10 Тезисы к докладу на 4-м съезде о частных бонах (печатается).

в) В журнале «Краеведение на Северном Кавказе»:

11) Сев. Кавк. Краев. Отдел ВОК (1928 г. №3-4)

г) В стенгазете «Сев. Кавк. Коллекционер»:

12) Боны парикмахерской Бр. Дельмонте (1928 г. №1).

13) Как я покупал боны в СФА (1928 г. №7)

14) Купоны займов, как разменные знаки (1929 г. №№5 и 6).

15) Как в 1928 г. «открыты» боны 1919 г. (Боны столовой О.П. «Основ») (1929 г. №5).

16) Знаки на ордерах Кубсоюза 192101922 гг. (1929 г. №7).

17) К предстоящему съезду ВОФ. (О работе бонистов) (1929 г. №7).

18) К IV съезду (1929 г. № 8)

19) Гарантированные чеки Екатеринодарского Отделения Госбанка 1918 года (1929 г.№ 9)

20) Чеки Владикавказского Госбанка (1929 г. №12)

21) Что входит в коллекцию бон периода 1914-1925 гг. (1930 г. №№ 1-2)

22) Документы есть, а боны исчезли (о бонах Ростовского Трамвая 1922 года (1930 г. №№ 1-2)

23) Легче на поворотах (о 1000 р. обязательствах В.В.Д.) (1930 г.№ 1)

24) Хабаровские чеки (1930 г.№3)

25) Бобруйские чеки (1930 г. № 6, 7, статья написана совестно с М.Л. Ивановым.)

26) Печати Учреждений на Екатеринодарских чеках 1918 года. (1930 г.№7)

27) Еще о Екатеринодарских чеках (1930г. №7)

28) Екатеринбургские чеки (1930 г. №8)

29) Зарплата «фарисейками» (боны г. Шахты) (1930 г. №8)

30) Продовольственные квитанции ВСЮР (1930 г. №8)

31) Частные боны г. Ростова-на-Дону (боны кооператива «Союз» и Комслужа Центросоюза) (1930 г. №8)

32) Третья печать на синих чеках Владикавказа (1930 г. № 8)

д) Отдельные издания.

Каталог бон необязательного обращения (частных, выпущенных на территории СССР в 1917-1925 гг. с 1-м к нему дополнением (составлен совместно с М.Л. Ивановым), изд. 1927 г.

2-е дополнение к каталогу, изд. 1928 г.

3-е дополнение к каталогу, изд. 1929 г.

(Список составлен автором)

ХРОНИКА

Юбилейное собрание.

Намеченное первоначально на конец августа общее собрание, посвященное двойному юбилею т. В.М.Соколова, перенесено на 16 сентября в связи с продолжающимся еще летним затишьем в Отделе.

Новые №№ «Советского Коллекционера»

В июле был получен в Отделе долгожданный номер 10-12 «СК» за 1929 год. В августе получен номер 1 «СК» за 1930 год. (Печатающийся теперь уже не в Москве, а в Ленинграде, при активном участии С. 30).

 

 

 


; Цены на деньги России